Сурдоперевод: богослужение на пальцах
Юлия Болотина

31 октября в России отмечают день сурдопереводчика. Эта редкая профессия появилась при императрице Марии Федоровне, а в 1926 году было образовано Всероссийское общество глухих. Как выглядит современное богослужение с сурдопереводом и что это вообще за профессия (и профессия ли?), мы спросили у священника Евгения Морозова, клирика храма Тихвинской иконы Божией Матери бывшего Симонова монастыря.

- Отец Евгений, как получилось, что Вы занялись сурдопереводом?

- Изначально я пришел не к сурдопереводу, а к людям, родной язык которых – жестовый. Это произошло во время обучения в Томской духовной семинарии. Первоначально планировалось только провести ряд экскурсий для неслыщащих: сопроводить их на колокольню, рассказать об устройстве храма, преподать азы Православия. Все делалось интуитивно, ибо не было никакого опыта. В итоге после проведения экскурсий и катехизаторских бесед пришло понимание необходимости совершать богослужения на жестовом языке.

Я еще не был священником и учился на третьем курсе семинарии. Помню, на территории Богоявленского собора г. Томска я встретил ректора семинарии архиепископа Томского и Асиновского Ростислава, ныне митрополита, и сказал ему о том, как было бы хорошо организовать постоянные богослужения для глухих. Он выслушал меня, ничего больше не спросил, показал рукой на храм и сказал: «Видишь храм? Иди служи». Таким образом владыка одним жестом преподал благословение на благое дело духовной помощи глухим и указал на место проведения молитвы.

Богослужения проводились в отдельном приделе кафедрального собора. Служили мои однокурсники в священном сане, я переводил, приглашал студенток регентского отделения или других поющих семинаристов в качестве состава хора. Удивительно, никого не надо было уговаривать, все сами шли, тратили свое свободное время, бескорыстно помогали. Вероятно, у всех было понимание того, что делается важное дело – дело проведи слова Божия для тех, кто никогда своими ушами не сможет услышать это слово. Только по прошествии времени понимаешь, как много помогал Господь, посылал нужных людей и обстоятельства. Так легко все давалось.

- Как именно и где Вы прошли обучение жестовому языку, приобрели навыки сурдоперевода?

- Мое знание жестового языка и сейчас далеко от идеального. Изучать язык нужно постоянно, говорить на нем, подмечать новые появившиеся жесты, уметь осуществлять обратный перевод. С большой благодарностью молитвенно поминаю почившую Ольгу Александровну Андрейчик – сурдопереводчика Томского отделения ВОГ и моего первого преподавателя жестового языка. В большей степени я самостоятельно учил жесты, сами глухие меня учили, затем позднее проходил обучение на курсах РЖЯ (Русского жестового языка), организованных Отделом социальной работы и благотворительности Русской Православной Церкви.

- В чем специфика проведения богослужений на жестовом языке, как это происходит?

- Как говориться, «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Для кого-то уже сама идея проведения служб на языке жестов кажется специфичной. Хотя пора бы не воспринимать подобные богослужения как что-то новое. На приходах Русской Православной Церкви жестовый язык в качестве богослужебного используется уже около тридцати лет. Использовать Русский жестовый язык за богослужением крайне трудно. Знаю профессиональных переводчиков, которые за три дня до проведения службы готовятся к ней, внимательно изучают изменяемую часть Литургии: тропари, Апостол, Евангелие.

Согласитесь, не каждый сможет с ходу понять, что означает «оградиши нас кровом крил невещественная Твоея славы». «Цевнице духовная», «мужемудренная», «всехитрецу Слову плоть взаимодавшая» и т.д. – это всего лишь малое число примеров, которые даже опытного переводчика могут поставить в затруднение. Кроме того, мало понять, необходимо еще перевести это на неродной для слышащего переводчика жестовый язык.

«Понимаю, а сказать не могу» в данном случае не подходит. Дабы не грешить неправильным переводом, надо готовиться к службе.

- Успевает ли сурдопереводчик сам помолиться? Ведь он всю службу занимается переводом.

- Благодарю Вас за этот вопрос. Он четко указывает на проблему непонимания того, как происходит перевод богослужений. Переводчик жестового языка, осуществляя перевод пения хора или чтения молитв, сам в это время должен молится этими же молитвенными прошениями. Ведь это не технический перевод, не бездушная машина. Хотим мы этого или нет, главным образом именно через переводчика, будь он мужчина или женщина, старый или молодой, глухие воспринимают богослужения. Если переводчик не молится или не до конца понимает, что он переводит, его перевод превращается в пустое махание рук.

Я весьма настороженно отношусь к использованию бегущей строки за богослужением и иным ноу-хау для глухих. Ведь слышащие за богослужением слышат живое исполнение хора, а не записанный в студии аудиофайл.

Хотя переводчик за богослужением и стоит спиной к алтарю и воздевает руки для воспроизведения жестовых знаков, он предстоит Богу и Ему молится. Поэтому в чрезвычайной степени важна личность переводчика, т.е. его личная вера в Бога и нравственная чистота. Неслышащие люди не будут принимать молитву от рук переводчика, если его греховные слабости известны обществу глухих.

- В какие храмы можно прийти людям с нарушениями слуха, чтобы полноценно участвовать в богослужении?

- Подробную информацию об этом каждый может получить на сайте Координационного центра по работе с глухими, слепоглухими и слабослышащими surdonika.ru в разделе «Приходы».

Вместе с тем в настоящее время в Москве проводятся богослужения на жестовом языке в четырех храмах. Первый – это Храм Тихвинской иконы Божией Матери бывшего Симонова монастыря. В нем служит глухой священник – отец Валентин Терехов, а настоятелем является протоиерей Андрей Горячев – опытный священник в пастырской работе с глухими и слабослышащими. Он одним из первых стал совершать богослужения на жестовом языке.

Второй – Храм всех святых в земле Российской просиявших в Новокосино. На приходе этого храма периодически проходят курсы обучения жестовому языку. Должность преподавателя и переводчика богослужений занимает заштатный клирик Московской городской епархии диакон Павел Афанасьев. Отец Павел, будучи слабослышащим, может общаться с глухим человеком и понять слышащего. Он как бы одновременно находится в мире глухих и в мире слышащих. Осмелюсь выразить свое личное мнение и скажу, что отец Павел – непревзойденный переводчик церковно-славянских текстов на жестовый язык. Его опыт уникальный, накопленный годами. Отрадно, что он имеет возможность поделиться этим опытом с учащимися и прихожанами храма.

Периодически сурдоперевод богослужений также проходит в храме благоверного князя Димитрия Донского в Раеве и в храме святителя Спиридона Тримифунтского (м. Багратионовская). В храме святителя Спиридона община глухих имеет название «Глас тишины».

- Еще один неочевидный вопрос: существует ли жестовый церковнославянский или все-таки переводят на русские понятия? То есть сможет ли любой человек с нарушениями слуха и знанием русского жестового сходу понять службу? Или тоже нужна какая-то подготовка?

- Жестовый язык – это один из богослужебных языков, такой же, как церковнославянский, испанский, французский. Но прошу заметить, что сурдопедагоги выделяют две разновидности жестового языка: калькирующий жестовый язык (КЖЯ) и разговорный жестовый язык (РЖЯ). Богослужения в основном проводятся с помощью калькирующей жестовой речи, хотя в православной общине глухих Санкт-Петербурга пытаются использовать, как там говорят, «настоящий язык глухих», и переводят молитвы на русский жестовый язык.

Так или иначе, богослужения для глухих сопровождаются на их родном языке, тогда как церковно-славянский язык не является родным, скажем, для русского, молдаванина или белоруса. Соответственно, понимание должно быть проще, чем у слышащих. Однако это не всегда так, поскольку в данном случае понимание обуславливается степенью воцерковленности человека, его знанием Священного Писания и общим уровнем развития.

Сходу вообще не всегда легко что-то понять в новой для себя области. Я бы сказал, что проблема понимания богослужения – это не только языковая проблема, а проблема отсутствия религиозного воспитания. Когда человек не знает, Кто такой Христос, ему едва ли захочется прочитать молитву «Отче наш» и понять, о чем она.

Опубликовано 31 октября 2018г.