Страх, свобода и стереотипы
Александрина Маланина

Начался и набирает обороты весенний призыв в армию. Потенциальных срочников и их родных охватывает призывная горячка. И те, и другие волнуются. Вопросов больше, чем ответов. «Наследник» решил побеседовать с тем, у кого срочная служба уже позади. Евгений Мостков служил в Спецназе ВВ МВД и демобилизовался несколько месяцев назад. Он честно рассказал о дедовщине, физических нагрузках и о том, какие опасности несет современная армия.

Страх

Я никогда не был сторонником конфликтов. Боялся драк, физического насилия, боялся идти в армию. Я с детства жил в православной семье, учился в православной гимназии, в православном университете. Рафинированный мирок, совершенно лишенный каких-то конфликтов.

В моей гимназии был старший воспитатель, он служил в 1980-е в морской пехоте. Он рассказывал, что должен пройти каждый молодой человек, который хочет стать мужчиной, как все непросто дается. Но рассказывал с таким воодушевлением! У меня возник диссонанс: с одной стороны – тяжело, с другой -– важно пройти через это. Мне пришло в голову, что не все, что просто – это хорошо. А то, что тяжело, это может быть и нужно?!

Я никогда не был сторонником конфликтов. Боялся драк, физического насилия, боялся идти в армию

В какой-то момент я понял, что вся жизнь мужчины – в преодолении. Ты все время преодолеваешь свою лень, свой страх, свое нежелание.

Мне в свое время попалась книга Серена Кьергекора «Страх и трепет», некоторые мысли оказались для меня важными, вот, неточно цитирую: «Страх – это твой друг. Он указывает тебе направление твоего развития. Он выглядит ужасно, но при этом является твоим лучшим другом. То, что он ужасно выглядит, это не значит, что тебе туда не нужно идти».

И это был ключевой момент для меня: я понял, что это страшно, но нужно и правильно. Мой отец служил, мой дед служил, прадед. Никто не жаловался. Но у них было понимание, что необходимо идти в армию. У них же считалось, что если ты не служил, то это позор. И я подумал: а чем сейчас отличается армия? Ну да, в девяностые в армии разруха была.

- Была Чечня.

-Тут две разные точки зрения: когда мужчина смотрит на мужчину, и когда общество, гуманно настроенное, смотрит на военный конфликт. Я боялся неизвестности. У меня был страх, что могут послать в горячую точку. Это сейчас я считаю, что если пошлют – хорошо, поеду. Перед армией, я мыслил по-другому.

 - Чего вы сейчас боитесь?

- Сейчас я боюсь того, что проживу жизнь, а она будет бесполезная.

- Почему решили идти в армию, ведь можно было пойти в аспирантуру?

- Звучит банально: долг Родине, с одной стороны. А с другой стороны какое-то ощущение свободы есть, когда уже отслужил. Мне самому это было нужно, я чувствовал. И стал прилагать усилия, чтобы попасть в какие-то спецподразделения.

Сила

- Попасть в спецподразделение, чтобы таким образом оказаться с фильтрованным контингентом?

- На тот момент я думал наоборот – что в спецназ попадают совсем отбитые. Я не знал, что весь неблагополучный слой общества сливают в такие  подразделения, которые не занимаются силовой подготовкой. Искренне верил, что если попаду в несиловое, то там будут такие же домашние мальчики.

- Как проходил отбор?

- Меня сначала направили во внутренние войска МВД. Туда приехали из подразделения спецназа выбирать людей. Спрашивали: кто хочет? Проводили беседы, проверяли на выносливость. Мы делали упражнения, а по результатам нас отбирали.

- Какие упражнения?

- 15 подтягиваний и круг других упражнений безостановочно. Эти же самые упражнения в течение службы постоянно повторяли во время физической подготовки.

Я боялся неизвестности. У меня был страх, что могут послать в горячую точку. Это сейчас я считаю, что если пошлют – хорошо, поеду. Перед армией, я мыслил по-другому

В спецназе самый главный критерий оценки - это сила. Есть принцип силы, не только физической, но и внутренней. Мощного вряд ли кто-то будет задевать. Он быстро налаживает контакт с окружающими, и начальство относится к нему с расположением, и сверстники. Если человек сам по себе индивидуалист, его интересует только своя собственная шкура, он никогда не будет сплоченным с другими. И это показатель слабости в некотором роде. Все это чувствуют и стараются вытеснить человека.

- Вам приходилось отстаивать свою индивидуальность?

- Я несколько лет прожил в общежитии в православной гимназии. Там был коллектив, но это был коллектив индивидуалистов. Когда есть общие задачи, то все по-другому воспринимается и складывается. Я именно в армии понял, что такое коллектив!

- Где дедовщина, а где опыт?

- Я думаю, здесь нельзя говорить о той дедовщине, которая была в 90-х. Сейчас никто никого не убивает. Не дай Бог, фингал у кого-то, сразу начнется разбирательство. Однажды мы боксировали в перчатках. Меня зацепили, образовался приятный синячок. Начальство двое суток меня пытало, кто это сделал, хотя не было никакой драки.

- Поэтому по лицу не бьют?

- Физическое воздействие в некоторых случаях, как я это понял потом, бывает необходимым. К примеру, человек в армии отслужил месяцев 10, осталось два. После него пришел младший призыв, он отслужил четыре месяца. Комвзвода ставит задачу. Кто-то из младшего призыва начинает филонить. Словесные принуждение для начала. Если это не работает, приходится объяснять по-другому. Без фанатизма, конечно, просто мужской разговор. Действует в 99 %.

- Вы сразу въехали в систему или тоже пришлось пообтесать бока?

- Месяца три я пытался понять, что происходит. Мне было сложно перестроиться из своего обычного состояния в коллективный мир. Если что-то делают, то делают все. Это главное правило.

К примеру, кто-то не умеет делать 15 подтягиваний. От этого страдают все окружающие. Они вынуждены вместе с ним бегать, прыгать, подтягиваться, увеличивать свою физическую нагрузку, пока он не научится.

У меня есть друг - мы с ним вместе призвались, - который на турнике мог подтягиваться раз 5. Сам по себе парень сильный был, но страдал от лишнего веса. Я сам на турник иду, и его за собой тяну. Когда он понял, что никуда его не переведут, переломил себя. Каждый день мы подтягивались после ужина. Не только я, много других людей, которые ему помогали. Кто-то с ним бегал, кто-то качался. Мы каждое утро бегали 3 км. Перевод в другую часть воспринимался как белый флаг.

- Это спорт или наказание?

- Очень зависит от части. Друзья мои служили во внутренних войсках, у них физической подготовки не было никакой. У нас если кто-то провинится, его наказывали методом физического совершенствования: иди отжимайся, иди подтягивайся. Их наказывали другим способом…  чтобы неприятно было человеку.

Свобода

Для меня был важный момент, что «вот меня сейчас загребут и повезут туда, куда я не хочу». Меня пугала мысль, что нельзя будет поехать за границу, что придется делать то, что не захочу…

Я служил и мечтал, чтобы побыстрее все закончилось, чтобы свободный режим дня был…А что я сейчас имею? Встаю в 4 утра, еду на работу, и у меня тоже есть определенный режим, который не я сам выбираю. Казалось бы, от чего я бежал, к тому вернулся.

Месяца три я пытался понять, что происходит. Мне было сложно перестроиться из своего обычного состояния в коллективный мир. Если что-то делают, то делают все. Это главное правило

Понятия о свободе очень изменились за этот год. Раньше для меня свободой было делать то, что хочу, а сейчас – свобода внутренняя. Внешние рамки не являются больше определяющим фактором.

Стереотипы

- У меня были разные стереотипы, которые быстро развеялись. Например, что в армии дедовщина, полное отсутствие контроля сверху, не докармливают. Кстати, кормежка была хорошая. Каждое утро курочка, кофе.

Я раньше очень однобоко относился к военным. Думал, что это все недалекие люди… Оказалось, что есть гораздо лучше и умнее!

- Какие доводы обычно приводят, чтобы не идти в армию? Призывник после школы забудет все, чему научился, не поступит потом в ВУЗ. Студент за год потеряет контакты, которые наработал на последнем курсе, не сможет хорошо трудоустроиться. За год девушка уйдет к другому… Потеря года кажется огромным жизненным сроком!

- Был момент, когда я решил однозначно, что пойду в армию. Я ехал в Петербург в купе с парнем и девушкой, мы разговорились. Последние семь лет парень живет в Камбодже. После наступления призывного возраста полетел туда, чтобы его не нашли. Со стороны он не выглядит, как больной. Боже мой! Он семь лет живет на краю мира, чтобы не служить один год?! Что такое «потерять год»?! Ты приобретаешь год! Я раньше боялся время зря потратить. Оказалось, это был большой скачок для меня. Все предыдущие года были скорее ожидательные. Это был лучший год моей жизни. Теперь я хочу пойти по контракту. 

Опубликовано 18 апреля 2017г.

Статьи по теме: