Что закаляет волонтёра?
Виктория Аникеева

Уж не знаю, согласитесь ли вы со мной или предпочтёте возразить, но есть одна истина, которая для меня очевидна: «Быть волонтёром – это очень тяжёлый самоотверженный труд». Всегда, чем бы вы не занимались. Пытаясь оспорить эту истину, можно приводить много благородных аргументов, но факт останется неизменным: быть волонтёром – это непросто.

И тут же во мне закипает ещё одно противоречие: а зачем? Зачем же тогда волонтёры сознательно идут на эти трудности? Может, они не в курсе, что их в реальности ждёт? Такое бывает, и это весьма хорошо. Это исключает мощный фактор, преграждающий путь к мечте и саморазвитию. Имя этого парализующего фактора – страх. А когда ты не знаешь всех подводных камней, легче идёшь. И уже по мере поступления проблем, решаешь их. Я так часто делаю. Это хороший способ заставить себя идти вперёд.

Что меня особенно восхищает в волонтёрах, та это то, что они добровольно решаются на трудности. Помню, когда я впервые захотела стать волонтёром православного молодёжного международного фестиваля «Братья», мне опытные волонтёры подсказали: «В волонтёры не зовут. Человек должен сам поймать в себе это желание. И решиться его реализовать».  Как здорово! Это ведь совершенно не похоже на отношения, которые мы выстраиваем в школе или на работе. Там ты хоть и трудишься, но всё равно занимаешь пассивную позицию -  ждёшь. Когда тебя заметят, похвалят, оценят и позовут. В конце концов там всегда есть награда в виде оценок или зарплаты. А волонтёрам изначально известно, что им ничего материального не светит. Это мир совсем других ценностей. Мы об этом подробно говорили в статье «Не отказывайте себе. Станьте волонтёрами».

Так вот, у волонтёров своя дорога. Ты сам себе её прокладываешь, постоянно спотыкаясь о свой страх, лень и нерешительность. Ты будешь вынужден сам себе постоянно отвечать на один и тот же вопрос: «Зачем мне вообще нужно это волонтёрство?» И так до тех пор, пока честно не ответишь себе на него и не подойдёшь к главной финишной черте. Вот и я уже стою перед директором фестиваля «Братья» и нерешительно так говорю: «Я хочу стать волонтёром». Уж не знаю, действительно ли я задала вопрос тихо, или это такой хитрый ход директора, но она неожиданно переспрашивает меня: «Что-то?» Я вновь набираю воздуха в лёгкие и готовлюсь повторить только что озвученное добровольное желание. А сама думаю: «Кто знает, может это был мой последний шанс одуматься?»

Второй вопрос, который задала мне Оксана (директор фестиваля «Братья»), звучал весьма прямолинейно: «Готова ли ты умереть на поле?» (имелось в виду в прямом смысле Бородинское поле, на котором расположился палаточный лагерь фестиваля).

Очень мощный вопрос, и очень честный. Я благодарна Оксане за то, что она не начинает разговор с обещания золотых гор, а сразу даёт понять, что будет по-всякому, в том числе и невыносимо тяжело. Я и сама (будучи ещё простым участником фестиваля) заметила, что волонтёры выкладываются на полную, не считая в процентах, сколько у них осталось жизненного ресурса. Рано встают, поздно ложатся. Постоянно находятся в ситуации стресса и необходимости ежеминутно проявлять готовность прийти на помощь ближнему и не бояться учиться чему-то новому. Волонтёры работают, не жалея себя. Щедро расходуют не только физические силы, но и не забывают согревать участников фестиваля теплом, заботой, улыбкой, любовью и деятельным участием в жизни каждого доверенного тебе участника группы. Вот уж и вправду: останешься ли ты после всего этого жив?

Вот вам яркий пример, как заканчивается один день из жизни волонтёра (я однажды случайно стала свидетелем). Пошла чистить зубы, а вода в бочке неожиданно закончилась. Нужно было немного подождать. Волонтёр, который отвечал за воду, тоже был здесь, он включил подачу воды и так же как я ждал, когда наполнится бочка. Видно было, что день у него выдался не из лёгких, выполнив миллион дел, он сейчас завершал последнее из них. Бочка была огромной, вода лилась медленно. Волонтёр стоял, пока были силы, потом присел и в считанные секунды «вырубился». Как по будильнику, каждые несколько минут он вздрагивал, открывал глаза, смотрел на бочку и опять уходил в микросон. Когда бочка наполнилась, он учтиво сказал мне «можно», а сам в прямом смысле слова пополз отключать рубильник, чтобы вода не начала переливаться через края бочки. В этот вечер я долго не могла уснуть, перематывая в голове увиденное кино, а особенно стыдно мне было за мою бессонницу, потому что я понимала, что для волонтёров такой проблемы вообще не существует. Сон для волонтёра является роскошью, которую ты редко можешь себе позволить в том объёме, который есть у участников фестиваля. Я однажды провела опрос среди волонтёров фестиваля «Братья», он звучал так:

 «Как вы думаете, что самое сложное в жизни волонтёра»?

28,3% - любить людей

24,5% - мало времени на сон

13,2% - мало времени на отдых

11,3% - запоминать имена участников вверенной тебе группы

9,4 % - проводить игры на сплочение и знакомство

3,8% - создавать тёплую атмосферу

3,8% - умение интересно пересказать программу дня

3,8% - выступать перед аудиторией

Я говорила, что чем меньше подводных камней знаешь, тем легче решиться на безумие. Так вот, хорошо, что на момент моего самого важного разговора с Оксаной я почти ничего из вышеперечисленного не знала. Но зато у меня было самое главное: желание трудиться на благо ближнего. У меня горели глаза. Я готова была претерпевать трудности, хоть и до последнего момента на знала их реального веса. Всё равно, если честно себе признаться, ты ведь тащишь этот груз не один – в самый трудный момент тебе помогает Сам Господь. Именно поэтому неподъёмная нагрузка не убивает волонтёра. В этом году сразу два волонтёра помимо того, что трудились на фестивале, ещё успевали ездить на сдачу вступительных экзаменов, например Оля совершила такой путь: Москва-Курск-Москва. И поступила-таки! Ура!!

Но всё-таки каждому волонтёру нужно постоянно помнить о безопасности. Это такая личная психологическая гигиена. Чувствуешь, что устал, нет никаких сил – иди отдыхай. Хоть на полчасика, хоть на час. Такие моменты надо уметь ловить, уметь останавливаться, признаваться самому себе – да, сейчас мне жизненно необходимо «перезагрузиться». В конце концов вымотанный волонтёр совершенно не эффективен. В таком состоянии он всё равно не сможет достигнуть поставленного результата. Поэтому волонтёр просто обязан заботиться не только об окружающих, но и о самом себе.

Знаю, многие волонтёры (да и я в их числе), испытывают смущение, услышав это правило. Мне, например, казалось, что оно попахивает каким-то эгоизмом. Я постоянно вспоминала свою «готовность умереть на поле», тогда какие тут могут быть поблажки?! Так я и не нашла для себя ответ на этот вопрос. До самого конца фестиваля испытывая угрызения совести за все позволенные себе перерывы. Ответ догнал меня позже, в г. Геленджике, в лагере «Формула единства», где я трудилась вожатой. Однажды моя напарница устала и среди белого дня легла спать. У детей в это время вели занятие педагоги по математике. Вдруг случайно мимо вожатской проходит ребёнок, видит спящую вожатую и, не скрывая возмущения, говорит: «Ага, значит пока мы там занимаемся уроками, вы тут спите!» Я не нашла в тот момент, что ответить. Меня спас ещё один случайный свидетель ситуации – старшая вожатая Настя, которая уверенно ответила: «Да, вожатая спит. Что в этом такого, скажи мне? Вожатая – это тоже человек. Она устала, и теперь отдыхает. А когда проснётся, вновь будет с вами до позднего вечера, и даже после отбоя она будет продолжать работать, пока не завершит все свои дела».

Такой мощный аргумент перевернул моё сознание и успокоил мою совесть. Я больше не торгуюсь со своей совестью, я знаю, что волонтёр, хоть и супергерой, но и его ресурс ограничен. Поэтому для меня теперь есть ещё одна нерушимая истина: «волонтёр не может трудиться на износ сутки напролёт».

Я каждый год заново, как в первый раз, снова и снова задаю себе этот вопрос: зачем мне вообще нужно это волонтёрство?

Нужно заставлять себя планировать свой отдых. Например, если ты знаешь, что тебе сегодня предстоит допоздна укладывать лагерь, и ты реально ляжешь самым последним, то тебе не нужно ещё и рано утром подрываться участвовать в побудке лагеря. Пусть за подъём отвечают уже другие волонтёры. Я, например, очень люблю будить лагерь, но в укладывании лагеря до допоздна я уже намеренно не участвую. Я даю себе возможность перевести дух. И не позволяю себе хвататься за всё, быть на повышенных оборотах круглые сутки. Даже запрещаю себе думать, что я – незаменимый волонтёр, как бы грустно это не звучало. Вместо этого думаю о том, что завтра наступит новый день, и он потребует от меня новых сил, и это моя личная ответственность, как я ими распоряжусь сегодня.  Нужно поставить себе задачу минимум -  дожить до конца фестиваля. А «умереть на поле» я всегда успею. Меня эта простая мысль очень спасает.

Не буду лукавить, скажу честно. Большое количество моих волонтёрских лет ничего мне не гарантирует. Я каждый год заново, как в первый раз, снова и снова задаю себе этот вопрос: «зачем мне вообще нужно это волонтёрство?» А как без этого? Лень и страх никогда не сдают позиции, враг наступает и надо быть готовым дать ему и себе честный ответ. Поэтому, если лично для меня польза от проведения православного молодёжного международного фестиваля «Братья» очевидна, а участие волонтёров в нём так жизненно необходимо, то я, долго не мешкая, регистрируюсь на фестиваль, собираю рюкзак и сажусь на электричку до Бородино. Тревожно, конечно, бывает, но я уже знаю, что все возникающие проблемы мы будем решать по мере их поступления, я буду не одна, а среди тех людей, которых очень уважаю и люблю, - это и есть сила волонтёрской команды.

Не подумайте, что я тут разбрасываюсь высокими словами. Многих волонтёров фестиваля я знаю уже не первый год. И я уверена, им тоже нелегко каждый раз решаться на этот подвиг несения тяжести. Чем ближе твое служение, тем больше становится искушений и трудностей. Важно, чтобы в этот момент рядом с тобой оказался человек, который сможет тебя поддержать и внушить уверенность в своих силах. А когда заканчиваются твои собственные силы – дальше тебе помогает Сам Господь. Там в поле, в трудах, это явно ощущаешь. Дома я такое с трудом могу повторить, а в деле волонтёр мобилизуется… Я как-то видела, как волонтёр удивительным образом выполняла сразу несколько задач одновременно: писала распорядок дня на большом плакате, параллельно слушала лекцию, успевала жестами объясниться с другими волонтёрами, которые подходили к ней за канцелярией, и всё это она делала с улыбкой. Когда ты погружаешься головой и сердцем в творчество, когда готовишь с напарником сюрприз для своей группы, пока вы вместе это всё обсуждаете, рисуете, вырезаете, ты вдруг случайно ловишь улыбку напарника и понимаешь, как просто устроена радость. И ловишь себя на мысли, что вы сейчас - самые счастливые люди на свете, ощущаешь, что в этот момент душа такой благодатью наполняется и так радостно становится, как в детстве.

Мне бы и закончить уже на этом благостном моменте, но это будет преступлением, если не расскажу вам напоследок о человеке, который перевернул моё преставление о степени самоотверженности. Знаете, почему? Потому что у меня для всех моих волонтерских подвигов была мощная мотивация. А этот человек, Ира, уже не первый год трудится во время фестиваля на кухне. А это – одно из самых сложных и трудоемких дел. Она пропускает массу всего интересного, потому что нет возможности всё оставить и беззаботно пойти, например, на концерт или на другие мероприятия. Что меня поразило в ней, так это то, что спустя столько лет она так и не ответила сама себе на вопрос: «Зачем я здесь? Зачем я иду в волонтёры?» Представляете, даже не находя ответа, она продолжала делать самое главное – трудиться на благо ближнего и оставаться незаменимым участником волонтёрской команды. У меня нет слов. Человек просто шёл и делал дело, и так несколько лет подряд, без лишних слов и вопросов. В этом году она трудилась всё на той же кухне, только ещё без отрыва от своей основной работы – когда у фестиваля были перерывы в приёмах пищи, она открывала ноутбук и садилась за свою основную - «офисную» работу, отправляя начальству отчёты по почте.

Ещё одна Ира, из Киева, точно таким же образом провела ВЕСЬ фестиваль на регистрации, склонив голову над бумагами и отвечая на бесконечные вопросы участников фестиваля.  Невероятные люди. Догадываются ли они о том, как много сделали для фестиваля? Вы знаете, мы ведь все в глубине души хотим быть добрыми и полезными для этого мира. И часто мы себе это «полезное дело» очень абстрактно представляем, ожидая, что оно должно быть каким-то возвышенным, и если спасать, так спасать весь мир. А если такого благородного дела не находится, тогда мы себя оправдываем «ну, у меня вроде бы особых талантов нет, чем я тут могу послужить?» И идём дальше. А я благодарна Иринам за то, что они взялись за то дело, которое им досталось. Как здорово, что они не испугались трудностей и не прошли мимо.   

Опубликовано 11 августа 2017г.

Статьи по теме: