Радость без пуговиц
Екатерина Унку

За окном ясный зимний день, солнце играет… Святки! Набираю до боли знакомый номер. Волнуюсь.

Выдаю скороговоркой:

– Здравствуйте, Любовь Васильевна. Вас беспокоит Екатерина из «Молодой Руси». Можно мы завтра придем к детям? С Рождеством хотим поздравить.

– Да, конечно, приходите. Дети всегда вас ждут.

И опять тереблю телефон, снова сыплются SMS-ки.

– Да, да! Завтра, в центре зала, на «Проспекте Вернадского», встречаемся в 13.30! Сладкое? Да, возьмите!

Воскресенье. Уже в 13.20 на «Проспекте Вернадского» меня ждут 15 человек?. Не верю своим глазам! За три года никогда еще не приезжало столько ребят. А вот и новенькие…

– А вас как зовут?

– Алена, – тихо отвечает незнакомая девушка.

– Учитесь, работаете?

– Учусь на юриста. Третий курс. С подругой Машей решились приехать.

– Молодцы, что решились! – подбадриваю девчонок. – Здорово, что сегодня нас так много!

По пути репетируем – поем рождественские колядки. Прохожие улыбаются. И вот показалось белое здание – детский дом. У ворот вижу маленькую фигурку в смешной красной шапке: топчется возле входа, вдруг замирает на секунду, и бросается к нам.

– А мы вас ждали! – это девятилетняя Анечка, с широкой улыбкой и большими серыми глазами. Стискивает мою руку, прижимает к себе замерзшими пальчиками.

– Почему без варежек?

Анюта ничего не отвечает, только смотрит на нас влюбленными глазами.

Поднимаемся на 4-й этаж к пятиклассникам.

Из дальней комнаты мчится Таня и бросается мне на шею, спешит с объятиями Надя:

– Мы вас видели в окно!

– А знаете, что сказала Ольга Анатольевна? Если мы будем послушными и хорошими, то вы приедете!

– Видите, какие у меня колготки новые? – это уже Рита изо всех сил пытается завладеть моим вниманием.

– Вы к нам все приехали? Все? – тревожно допытывается Давид.

Все марусисты (как мы называем участников нашего объединения) атакованы. На Вадиме висят Паша с Людой, Коле Маша и Игорь показывают свои поделки, Настя ревниво держит за руку ту самую новенькую – Алену, тараторит ей новогодний стих.

Аня с Надей и Любой быстро утягивают меня к себе в комнату.

– А можно мы покажем тебе нашу сценку?

– Конечно, начинайте.

Сценка оказывается мешаниной из диснеевских мультфильмов. Девочки очень стараются рассмешить меня, повторяя заученные фразы, но мне почему-то не смешно. Вспоминая сценки, которые когда-то разучивала в школе, глажу милые головки.

– Спасибо, девочки. А про Дюймовочку сценку поставить не хотите?

Они, раскрасневшись, обступают меня:

– Про Дюймовочку? Хочу. Я буду Дюймовочкой, можно? – тут же отзывается Аня.

– Я тоже буду Дюймовочкой! – заявляет Надя, но уже не так уверенно.

– Давай сделаем Дюймовочку! – умоляет Люба.

Тут я понимаю свою ошибку. Они готовы репетировать, они хотят, но только со мной. У одних ведь не получится… А у меня бесконечные лекции… Вздыхаю и думаю: как же совместить свой универ с Дюймовочкой?

В игровой малыши все продолжают выстраиваться в очередь желающих показать свои таланты. Вдруг слышу крики мальчишек-пятиклассников:

– Уйди, урод, чего пришел! Уйди, дурак, ты и двух слов не свяжешь!

Они отпихивают и толкают бледного худого мальчика.

– Пустите! – сквозь слезы просит Игорь, отмахиваясь от них. – Пусти!

– Проваливай, урод! – не унимаются ребята. Смех и крики становятся громче. Я бросаюсь к мальчику на помощь, но Игорь расплакался и убежал в столовую. Порываюсь пойти за ним, чтобы успокоить, но меня удерживает воспитательница:

– Сейчас он сам успокоится и придет. У Игоря эпилепсия, он очень возбудимый. Сейчас, если его уговаривать начнут, еще больше разрыдается, не успокоишь потом… Надо подождать. А с ребятами я поговорю, все время его доводят.

Господи, сколько же раз в день ему приходится терпеть такие обиды! Подошедшую Ксюшу я слушаю невнимательно – все смотрю на дверь в темную столовую: за дверью, скорчившись в углу, на холодном полу громко плачет десятилетний Игорь. Он знает, что за ним никто не придет. Мальчик сам должен найти в себе силы успокоиться и вернуться в комнату, где весело смеются и бегают все остальные.

– У нас появился новый спонсор, такой замечательный! Задарил детей, – с улыбкой сообщает мне воспитательница Ольга Анатольевна. – Одни раскраски чего стоят, с наклейками, переливаются так, красота…

На полу много разбросанных дорогих игрушек, конструктор, паззлы, альбомы. На полке – стопка новеньких развивающих книг и альбомов. Тут же на ковре семилетняя Алена сосредоточенно отковыривает со страницы наклейку – яркую бабочку.

– Ален, ты зачем ее так отрываешь? Она порвется. Я сажусь рядом. – Надо по пунктиру сначала, видишь?

– Как?

– Вот так.

Показываю. Алена завороженно следит за моими действиями.

– А теперь как?

– А теперь сюда наклеить. Тут написано задание, – я читаю его вслух.

Алена в восторге. К нам пристраиваются Настя, Миша и Юля – все тащат свои раскраски, пособия, и главный их вопрос: «Это как?»

Как сделать, где вырезать, куда наклеить и что получится…

– Миша, ну вырежи и приклей эту тыкву сам, – прошу я, пытаясь объяснить Насте, как правильно раскрасить кота.

– Я не умею.

– Так. Давай учиться вместе. Это очень просто, Миш…

– Я правильно наклеила, да?

– А помогите мне сюда этот листик вставить.

– Тут что написано?

Дети все несут и несут книжки, забыв про свой любимый телевизор, пульт от которого теперь сиротливо лежит под шкафом. Оказывается, раскраски и книжки – это так интересно, когда есть рядом тот, кто может просто чуть-чуть объяснить, что к чему. И показать всего один раз – детдомовские дети схватывают на лету то, что им интересно, понимая, что второго раза может не быть.

…Они раскрашивают, клеят и вырезают, забыв все на свете. Сопят носы, скрипят карандаши и фломастеры.

Алена только сегодня поняла, как нужно правильно раскрашивать фломастерами, до этого она просто закрашивала картинку точечно и долго – по одному участку, до дырки…

Чуть позже разговариваем с воспитательницей о детях.

– Вам, наверное, не хватает педагогов?

– Нет, педагоги у нас есть, и хорошие! Но, посудите сами, детей у нас много, и дети сложные, все нуждаются в повышенном внимании, ласке, любви. Мама им нужна, а где ее возьмешь? Общение нужно… Спасибо вам, что вы приезжаете. Дети просто оживают, когда к ним приходят. Ну, сами видите, чего говорить?

– Пойдемте смотреть фильм про Рождество! – зову я девочек.

– Какой?

Хитро отвечаю:

– Сейчас увидим…

Усаживаемся на большой коричневый диван. Детки запрыгивают к нам на колени, обнимают, прижимаются к груди.

Все для них ново, необычайно! Детским открытым сердцам с первых минут просмотра передается добрый сказочный дух таинственной ночи великого праздника. Дети замирают в ожидании, их глаза постоянно спрашивают: «Что? Что же будет с маленьким мальчиком, который не испугался и вышел холодной зимней ночью на балкон, чтобы своими глазами взглянуть на рождественскую звезду, о которой ему часто рассказывали взрослые? Что же с ним будет, ведь врач сказал, что уже не в силах помочь?» И все они так искренне счастливы, когда малыш выздоравливает по горячим молитвам отца!

– А что это за праздник такой – Рождество Христово? – громко спрашиваю после фильма. – Ну-ка, кто ответит? Где и для чего родился Христос?

– В Вифлееме, – выкрикивает Надя.

На вторую часть вопроса правильно ответить не удается никому. Мы рассказываем. И снова я спрашиваю, дети путаются, отвечая, но стараются изо всех сил.

«Рождественские» вопросы закончились.

– А что вы знаете о Пасхе?

– Христос воскресе! – порадовала Люба.

– Скажите мне, а какое событие связано с Чистым четвергом?

– В Чистый четверг надо мыться! – вспоминает Вася.

– А почему последняя неделя Великого поста называется Страстной?

Давид напрягает свою фантазию и выдает:

– Потому что Христу по ночам снились страсти-мордасти!

А Ира неожиданно подает голосок:

– А вы про Рождество еще будете спрашивать? А то я знаю, как зовут Маму Христа!

Когда мы спускаемся с детьми в столовую, там нас уже ждут выспавшиеся после тихого часа малыши из первых, вторых и третьих классов. Мы рассаживаемся по скамейкам. Марусисты, соорудив бумажный вертеп, зажгли в нем свечу и разыгрывают по ролям рождественский сюжет. Детки сидят тихо-тихо, всматриваясь в красиво разрисованных кукол.

– А почему Ирод такой злой, зачем он убил всех детей? – недоумевая, печально спрашивает потом Вася.

После представления начинается всеобщее веселье – мы рассказываем стихи, смешим детей, поем и играем на гитаре и балалайке. Дети тоже хотят принять участие и спешно выстраиваются в длинную очередь.

– А можно я? А можно я? – волнуется Вася.

– Чего ты, Васенька, хочешь?

– Можно я расскажу стишок?

– Про зайчика и шишку на елке? – спрашиваю устало.

– Да! – радостно подтверждает Вася.

И я слушаю про зайчика и шишку в четвертый раз.

– Ой, кто пришел!

– С Рождеством!

– Давно не виделись… Юля, как ты изменилась, похорошела!

Смущенные улыбчивые лица, раскрасневшиеся с мороза щеки – это выпускницы детского дома, наши старые знакомые. Теперь эти девушки – вольные птицы, – живут в общежитии, учатся на поваров и дизайнеров, некоторые мечтают поступить в институт. Время от времени они забегают проведать бывших воспитателей. Сидим, расспрашиваем.

– А почему ты, Римма, хочешь быть поваром?

– Я очень люблю готовить!

– Тут ведь всегда повара вам все делали, где же ты успела полюбить готовить?

– У Наташи из «Молодой Руси». Два года назад Наташа взяла меня к себе домой на выходные. Мы приехали домой к ней, а у нее такая большая семья – трое детей! Я так удивилась: она такая молодая – и все успевает, и готовит вкусно, и с детьми тоже… Я тогда первый раз пошла с ней в магазин и с тех пор не боюсь магазинов, а раньше боялась. Мне всегда казалось, что если я приду в магазин, то что-нибудь не так сделаю. Особенно в супермаркете. А потом этот страх прошел. Наташа научила меня варить борщ, вкусный такой! Теперь я тоже буду уметь вкусно готовить, буду поваром, и будет у меня тоже трое, нет, четверо детей и муж, как у Наташи, такой же добрый! А еще Наташа водила меня на бал, который проходил в «Молодой Руси». Я первый раз тогда танцевала с мальчиком, красивым таким. Мы все кружились и кружились в вальсе. Я иногда по вечерам у себя в комнате тоже кружусь, чтоб не забыть танца. Все кружусь и кружусь… – засветилась лучезарной улыбкой Римма.

…Мы долго болтаем с выпускницами. Они, торопясь, все рассказывают и рассказывают, словно боясь не успеть.

Напоследок мы поем украинские колядки, которые так долго и упорно разучивали.

– А за цi колядки – дайте шоколадки! Радуйся, ой, радуйся, земле, Сын Божий народывся!

Ни разу еще я не видела, чтобы малыши, застыв с широко открытыми глазами и ртами, так внимали каждому малознакомому слову.

А теперь – праздничная трапеза. Малыши сами помогают накрывать на стол. Помолившись детско-взрослым дружным хором, мы садимся за стол. Детки с любопытством распаковывают наши подарки, ахают, восторгаются.

Но главное счастье для любого малыша – это возможность поухаживать и позаботиться о своем взрослом друге. Надя ставит передо мной чашку чая и предлагает конфеты из общей тарелки, приговаривая:

– И эту возьмите, очень вкусно! А вот с орехом попробуйте! А вафлю вы чего не едите?

Такую же гору конфет выкладывает и Вася перед Иваном. Ко мне подбегает белокурый Илюша из шестого класса и неожиданно просит:

– Сводите меня в храм!

– А ты уже бывал в храме?

– Да, меня водили ваши девочки – Аня и Юля. И брали в воскресную школу! Мне так понравилось!

– Хорошо. Обещаю, что отведем тебя в храм.

– Но я некрещеный, – печально и робко признается Илья, и с жаром добавляет: «А вы можете меня покрестить? Пожалуйста, ну пожалуйста, покрестите меня…»

– Конечно, конечно, Илюш, не переживай! Поговорим с батюшкой, он тебя окрестит. А пока готовься – не обижай никого, не дерись…

В столовой – несмолкающий галдеж. Никогда мне еще не было так приятно слушать крики, смех и болтовню одновременно! Дети вертят в руках балалайку, пытаясь на ней играть. Олег из пятого класса щеголяет по столовой в куртке нашего балалаечника. Кто-то играет в салочки, кто-то – в ручеек. Не слышно ссор, только добрый детский смех.

Когда наш Дима собирается уходить, несколько пятиклассников повисают на его шее. Хотят повалить на землю, но Дима вырывается и зайцем скачет по двору к выходу. Не тут-то было! Когда его силы уже на исходе, у малышей они только прибавляются. Не знаю, чем все закончилось, но только Дима потом, при встрече, заметил: «В детский дом нужно ходить в одежде без пуговиц».

…Хрустим рождественским снегом. Идем к метро молча, в тишине, переживая в душе сегодняшний день. Кажется, все получилось. Господи, как славно передать этим деткам ту радость, которою Ты наградил нас, пришедших к Тебе в Твой праздник!.. Я очень устала, и нет сил открыть тетрадь с лекциями и начать что-то учить. Но сегодня я в очередной раз поняла, что нет большего счастья и радости, чем сделать кого-то счастливым…

Опубликовано 08 января 2018г.

Статьи по теме: