Большая семья: мир, где кипит жизнь
Мария Медведева

Большая семья. Сейчас таких мало. Чтобы бабушки-дедушки, тети-дяди, куча племянников и двоюродных братьев-сестер. Чтобы внуки и правнуки. Чтобы собираться на чей-нибудь день рождения – и 30 человек «только своих» было «что-то мало нас в этот раз». И этих дней рождения по три штуки каждый месяц.

В такой семье все время что-то происходит. Что-то эпохальное. Кто-то у кого-то рождается. Кто-то женится. У кого-то золотая свадьба, а у кого-то – серебряная. У кого-то выпускной, а у кого-то – уже диплом.

Мне повезло. Я родилась и живу в такой большой семье. И у нас постоянно что-то происходит. Что-то эпохальное. И, что самое интересное, от того, что такие события случаются постоянно, каждый год (и не по одному), вовсе не умаляет их значимости. У меня создается ощущение, что все происходит ровно наоборот. Радость от одного события словно накладывается на радость от другого – и общее ощущение радостности жизни только усиливается. Словно волна, не успев затухнуть, вновь подхватывает тебя. Только мы радовались за сестру, которая вышла замуж – и вот снова свадьба. И это еще радостнее, еще счастливее: «В нашем полку прибыло!»

В обычных семьях большие, значимые события происходят редко. Ну вот подумайте: если в семье один-два ребенка, пара теть-дядь, бабушка-дедушка – как часто в такой семье могут происходить эпохальные события? Например, свадьбы? Как часто в такой семье выпускные? А внуки как часто могут рождаться?

У моих родителей родилось четверо внуков меньше чем за три года. За четыре года сыграли три свадьбы, отметили две серебряных, золотую. Отзвенело три последних звонка. Было защищено два диплома. Бабушки и дедушка стали «пра». У нас появились внучатые тети и внучатые племянники, двоюродные тети и троюродные дяди. Причем одна из теть младше одного из своих племянников. Племянники, правда, двоюродные.

На самом деле, новые люди, попадающие на наши семейные праздники, очень быстро расстаются с надеждой понять, кто-кому-кем и когда приходится. Слишком мы все перепутались – и по родству, и по возрасту. Одно «поколение» перекрывает другое. Тетя становится крестной, а крестной ее дочки становится племянница. Вокруг взрослых носятся счастливые, перемазанные тортом дети – и разобраться, где чьи, новому человеку невозможно.

Подрастает молодое поколение (молодое, но уже не самое младшее), в котором я оказалась старшей. И я отчетливо ощущаю, как кипит, бурлит вокруг меня Жизнь. В этом вихре едва успеваешь отойти от одного радостного события – и уже на носу другое. Радость происходящего поддерживает, не дает будням стать серыми.

А еще мне нравится то ощущение общности, которое сопровождает большие семьи. В большой семье «гуляют» туда-сюда коляски, вещи, велосипеды, ползунки, автокресла. Кто-то подрастает, но у него уже есть «наследник». Вещи постепенно наполняются историей, живут своей особой жизнью. Как тот зонтик у Бараша: «каждая царапинка, каждая заплаточка на нем – целое событие в моей жизни».

Порой мне становится грустно, когда я смотрю на семьи обычные, общепринятые. Такие семьи у большинства моих друзей, однокурсников, одноклассников, знакомых. Ну вот как так: моя хорошая подруга выходит замуж, – на свадьбе восемь родственников?! И это все их родственники, те, кого они называют семьей. Она – единственный ребенок в семье. Он – тоже. У него всего один дядя, у нее – только родители. И это единственная свадьба в этой семье в этом поколении. Единственные выпускные. Единственные дипломы. Все одно. Не будет вихря, круговорота, когда жизнь бьет ключом. Не будет двоюродных и троюродных братьев и сестер, которые и похожи, и не похожи на тебя. Не будет «сарафанного радио», когда ты звонишь кому-то одному, чтобы поделиться своей радостью («Я сдала последний экзамен!») или проблемами («Лежу в больнице, пока непонятно, что и как…») – и уже через пару минут тебе пишет смс бабушка, звонят дяди и тети, сестры. И ты знаешь, что вся твоя семья (большая, очень большая) уже радуется вместе с тобой или переживает, как ты там.

В моей большой семье я никогда не чувствовала себя одинокой. Наоборот, всегда было чувство уверенности, прочности, устойчивости. Словно я посреди болота стою на гранитной скале. Словно меня обнимает большая, мягкая подушка. И если я не могу поделиться своей проблемой, например, с мамой, я могу позвонить тете или сестре, или дяде, или троюродному брату. Всегда есть тот, кто выслушает и поймет.

 В большой семье все время что-то происходит. Что-то эпохальное.

Мои дети только вступают в жизнь. Но они уже увлечены этим неудержимым потоком. Увлечены жизнью, которая не останавливается. Они видят ее непрерывное течение. Мои дети не зададут мне многих вопросов, с которыми сталкивается большинство родителей. В семьях, где постоянно появляются дети, вопрос, откуда они берутся, становится ненужным – они появляются в животе у мамы, и все их с нетерпением ждут. Вы видели детский восторг, когда в ответ на касание пальца тебе из живота отвечают? Я видела. Видела, как бережно ребенок, которому нет трех лет, может держать ручку малыша, заботливо качать люльку. Чужого малыша. Потому что это – не первый малыш в его жизни, и если он плачет, – значит, его нужно успокоить.

Живя в большой семье, ребенок учится жить в социуме. Он видит, что его ждет впереди. Он видит, что в семь лет дети идут в школу, знает, что потом ему еще придется сдавать экзамены, и не раз, видит, как рождаются семьи, он видит детство, юность, зрелость, старость. Он видит, что все естественно, непрерывно и неизбежно. И в этой естественности и есть вся красота жизни: в расцвете, развитии, закате – и в новом расцвете.

Опубликовано 06 июня 2017г.

Статьи по теме: