Каждому Фаусту – по Мефистофелю
Анна Трехденова

Анна Трехденова, тьютор с семилетним стажем, организатор и руководитель курса «Социальный практикум» в ряде московских школ.

Беседовал Николай Асламов 

- Анна, давно ли в России существует тьюторство? Когда я учился в школе, ничего такого не было и в помине. Наверное, это какой-то такой новодел, пришедший с Запада и глубоко чуждый русской православной культуре?

- Официально тьюторство в России появилось совсем недавно, в десятые годы, а как практика зародилось в 90-е. Когда в стране царил всем известный бардак, началось развитие различных альтернативных школ, новых педагогических методик, типа Монтессори. На этой волне возникло и тьюторство. Оно называлось по-разному, иногда «наставничество». Татьяна Ковалева, пионер тьюторства в нашей стране, рассказывала, что позиция тьютора была в те годы в томской школе, называлась она «освобожденный классный руководитель», он не занимался организационными вопросами, только развитием детей.

У тьютора нет управленческих полномочий, и я не вижу смысла их ему выдавать. Но наладить коммуникацию между лебедем, раком и щукой он точно должен.

В зарубежной практике, как всем известно, тьюторство началось еще в XII веке в Оксфорде. Тогда были студенты и были профессора, и отношения между ними строились очень просто: профессор открывал книгу и читал из нее, а студенты слушали, записывали и мало что понимали. Профессор уходил, книгу оставлял, и тут-то и появлялся помощник-тьютор, с которым студенты перечитывали текст и обсуждали. Тьютор помогал студентам усвоить материал. Еще была практика больших путешествий, и сейчас она тоже есть. Это собственно способ воспитания богатых отпрысков, которые в 13-15 лет отправлялись с тьютором путешествовать на три года. Тьютор в ходе этого приключения занимался как организацией образования, так и досуга.

- Можно конкретизировать, в чем специфика педагогической работы тьютора? Что он делает такого, чего не делает другая педагогическая позиция: родители, учителя?

- Тьютор очень похож на проводника, на Мефистофеля при Фаусте. Тьютор по-другому смотрит на жизнь и на ресурсы, не так, как учитель и уж тем более не так, как родитель. Даже сидя в кафе, тьютор может найти ресурсы для своего ученика, чтобы решить какую-то его проблему или задачу. Это первое. Второе – тьютор знает разные варианты развития, он проводник не в смысле «из точки А в точку Б». Он готов к очень сложным траекториям ребенка, он будет бродить с ним и показывать те места, которые нужны или не нужны его подопечному.  Не в смысле «ямка, обходи» или в формате четкого нормирования деятельности типа «два часа на математику, потом два часа гаммы учить», а именно показывать и открывать скрытую от человека возможность.

- Это очень личное, предельно персонифицированное взаимодействие?

- Да. При этом оно не очень тиражируется. Когда мы еще учились в магистратуре, первые ассоциации у нас, студентов, были с духовником. Вот тьютор точно не про это. Во-первых, тьютор – человек, а не духовник, он не берет на себя смелость говорить из перспективы вечной жизни. Да, он кое-что про это знает, может показать разные практики, но это не его специальность. Во-вторых, хороший тьютор не гнушается ничем. Он может эзотерику показать, бытовую ведьму, к шаману сводить, если понимает, чему и как подопечного можно через это научить. Для тьютора в этом нет мировоззренческой проблемы.

- Тебе не кажется, что это опасно? Ребенок же в любом случае доверяет тому, кто его ведет, пусть даже и косвенно. Хорошо, если тьютор сам в себе преодолел жажду поводить ребенка, поиграть в духовника. Но ребенок сам в себе мог и не преодолеть жажду быть ведомым.

- Сейчас мы вышли на термин «сопровождение», который в русском языке вообще не понятен, хотя его легко объяснить. Допустим, ты купил крутую стиральную машину с выходом в Интернет, и ты не очень хорошо разбираешься, как ею пользоваться. Тебе дают еще телефон Васи, который будет тебя сопровождать полгода. Это оплачено. Вася знает про эту машину все. Плюс он знает, как с этой машиной общались десятки людей, все типичные и нетипичные ошибки. Он с тобой познакомится, поговорит, может с женой твоей пообщаться. Он будет полгода с тобой решать любые ситуации. Ты можешь ему позвонить, задать любой вопрос. Тьюторское сопровождение – то же самое. Тьютор примерно понимает твой путь, примерно понимает, чего ты хочешь от этой вещи либо от этой услуги. Но она для тебя закрыта. И он тебе потихонечку будет приоткрывать дверку в зависимости от того, насколько далеко ты готов зайти. Он не будет учить тебя против воли, это прерогатива учителей. Ты должен знать к экзамену то-то и то-то, и дело предметника запихнуть это в твою голову. У учителей работа такая. И это точно не сопровождение.

- Далеко не во всех школах сейчас есть тьютор…

- Не во всех. Но должен быть во всех. Вопрос только в том, кто его оплачивает. Если оплачивает школа, школа начинает давить на него, реализуя собственные интересы. Каждый тьютор с этим сталкивается.

Тьютор очень похож на проводника, на Мефистофеля при Фаусте. Тьютор по-другому смотрит на жизнь и на ресурсы, не так, как учитель и уж тем более не так, как родитель

Часто возникает ситуация, что некая Маша хорошо решает математику, но в школе ничего нет для того, чтобы Маша, например, сделала масштабный математический проект. Вот тьютор возьмет и организует для Маши некоторые условия, в которых Маша реализует себя и будет успешна. Найдет ей преподавателя, сообщество, доступ к софту. Это прекрасная картинка, но только на бумаге, в реальности такого не происходит. В реальности у большинства школы нет возможностей под конкретную Машу что-то делать, даже если тьютор пришел с конкретными решениями. Поэтому школа отвечает «ты принес идею, ты ее и реализовывай, а у нас ресурсов нет».

- Как я понимаю, есть вариант, когда услуги тьютора оплачивает не школа, а родители.

- Да, этот вариант намного эффективнее. Если бы я как тьютор имела возможность приходить на родительские собрания и могла бы общаться со школой от лица ребенка, было бы еще эффективнее.

Тьютор, понимая, как устроена школьная кухня, и быстрее, и лучше выстраивает образовательную траекторию ученика. Все говорят про то, что образование должно быть индивидуализированным, а кто будет это делать? Родители? Но они же не всегда профессиональные педагоги, чтобы разбираться в образовательных нюансах и, тем более, в запросах собственного чада. Учителя? А им зачем такие сложности, если у них в классах по 25 человек?

Объясню еще проще: самый популярный запрос тьютору – это поиск школы. Тьютор реально быстрее найдет школу. У меня есть буквально три критерия, по которым я сразу могу понять, подходит эта школа ребенку или нет. Родитель об этом не задумывается. Более того, родитель этого не поймет. Первое – это беседа с директором на профессиональные педагогические темы. Если тьютора не допустят к директору, это весьма показательная характеристика школы. Второе – это возможность спокойно пообщаться с учителями. И третье – обязательно посмотреть, как организовано питание. Не в смысле, что дети едят, а как процесс организован. Как школьники туда бегут, как с ними разговаривают, что они едят, как они между собой общаются. Просто на переменах походить или прикинуться ветошью, чтобы тебя не видели, и посмотреть, как это происходит.

- Сколько человек тьютор может вести параллельно?

- Хороший тьютор имеет ярко выраженную индивидуальность. Есть тьюторы-педанты, есть харизматики, должно быть разнообразие. Соответственно, типаж тьютора должен подходить ученику, и наоборот. Не думаю, что ограничение тут количественное. Скорее, качественное.

- В чем сложности тьюторской работы в современных российских реалиях?

- После прочтения должностных инструкций у меня возникло стойкое убеждение, что в школе работают только два человека – директор и тьютор. Причем зарплата тьютора в России – от 12 до 15 тыс. руб. при занятости 36 рабочих часов в неделю. При этом каждый может трактовать роль тьютора, как хочет. Если возникает какая-то неприятная ситуация, тьютор оказывается всегда и во всем виноват.

Безногая балерина для тьютора – абсолютно нормальная работа. Более того, тьютор в образовательных целях может и будет опираться на внутреннюю боль человека. Психолог не рискнет.

Когда я была в Оксфорде и общалась с тамошними студентами, выяснилось, что тьютор для них – это почти Бог. Тьютор там – это человек со степенью, зарплатой, колоссальным авторитетом среди коллег и студентов. Они реально направляют молодое поколение, сопровождают, помогают студенту проводить в жизнь свои решения.

- В российской практике, в частности, в пансионах, существует позиция группового воспитателя. Он, очевидно, может брать на себя сходные функции. Нужен ли при таких условиях еще и тьютор?

- В пансионе детям безумно не хватает того, чтобы с ними поговорили. Я работала в пансионе со школьниками 12-ти лет. Основной формой наших взаимодействий были беседы. Когда я однажды не пришла, они все равно собрались и разговаривали. Только тогда я и поняла, зачем мы на самом деле собирались. В пансионе детей мало кто слушает активно. Воспитатель, головой отвечающий за жизнь и здоровье детей, слушает очень избирательно. Еще более избирательно реагирует. А в тьютора активное слушание вшито изначально.

- Каково различие тьютора и психолога?

- Тьютор – это всегда про образование, не про личность. Нас учили, что когда у ребенка возникают серьезные личностные проблемы, например, он потерял смысл жизни, необходимо звать психолога. У психологов есть определенные нормы, какой ты должен быть, что нормально для того или иного возраста или ситуации, что не очень. У тьютора нет таких норм. Безногая балерина для тьютора – абсолютно нормальная работа. Более того, тьютор в образовательных целях может и будет опираться на внутреннюю боль человека. Психолог не рискнет.

- Как в идеале должно быть устроено тьюторство в России?

- В идеале это может работать только в случае тотальной эмансипации тьютеров от кого бы то ни было. Автономности их позиции, невстроенности в систему. Тьютор приходит в образование конкретного ребенка извне, но при этом гарантированно берет на себя все личные образовательные запросы ребенка, даже неартикулированные. Тьютор и только тьютор может реализовать позицию самого ребенка в образовательном процессе, когда мама хочет, чтобы сын стал пианистом, папа – инженером, батюшка в храме – высокоблагочестивым христианином, а школа – обладателем сотни баллов за ЕГЭ. Соответственно, тьютор доносит до всех участников учебного процесса, что данному ребенку нужно вот это, это и вон то, а вы уж там сами решайте, как вы это организуете. У тьютора нет управленческих полномочий, и я не вижу смысла их ему выдавать. Но наладить коммуникацию между лебедем, раком и щукой он точно должен.

Опубликовано 19 февраля 2017г.

Статьи по теме: