Рать Неврюя: как Русь решала вопрос евроинтеграции. ч.2
Иван Лапкин

Начало здесь

Часть вторая.

Не ясно до конца, что конкретно послужило поводом к военной эскалации между Андреевым кругом и Ордой. Одной из наиболее устоявшихся версий является утверждение, что ссора Андрея с монгольским престолом была инспирирована его старшим братом Александром.

Тут нужно добавить, что отношения между двумя братьями были омрачены соперничеством за Великое княжение Владимирское, которое особенно обострилось после неожиданной смерти их отца – Ярослава Всеволодовича, приглашенного для участия в курултае (высшем государственном совете) в имперской столице Каракоруме. Многие современники считали, что князь был отравлен могущественной ханшей Туракиной. Со смертью Ярослава Андрей вместе с Александром вынужден был отправиться в Орду для распределения ханом княжеских столов. Через два года мытарств братья возвратились на Русь. Александр – князем Киевским, то есть распорядителем южных княжеств Руси, разоренных до предела столетней войной с половцами и монгольскими карательными походами. Андрей – Великим князем Владимирским.

Более того, оставаясь еще «служилым князем» Новгорода, Александр был вынужден официально принести присягу младшему брату как владимирскому владыке. Произошло это потому, что практически сразу же после начала бурного развития и экспансии суздальцев, ими в некотором смысле был поставлен на колени вольный Новгород, постоянно нуждавшийся в продовольствии, которое сам из-за климатических условий в достаточном количестве производить не мог, а массовая закупка за границей означала непоправимый ущерб бюджету вечевой республики. То есть, почти сразу же после начала столетней войны Юрия Суздальского (Долгорукого) и его потомков со своими соседями, богатейшее и ценнейшее в культурно-образовательном смысле, имеющее обширные связи со всем средневековым миром русское государство попало под жесткую руку владимирских князей-воинов. С тех пор, сохраняя формально свое традиционное право на выбор любого князя в услужение, новгородцы были вынуждены отдавать преимущество князьям-суздальцам  и нередко даже приносить им нечто вроде присяги в обмен на продовольствие и безопасность торгового пути по Волге.

Русский князь выказывает верность монгольскому хану

Русский князь выказывает верность монгольскому хану

Ясно, что подобное положение дел - по сути двойное унижение перед младшим братом, - не могло сильно радовать Александра. Весь этот комплекс косвенных причин побудил многих историков, в частности, Василия Никитича Татищева, открыто заявлять, что конфликт Андрея с монгольской администрацией и последовавший карательный поход мурзы Неврюя на Суздаль были полностью делом рук Александра Ярославича.

В принципе, некую долю причастности Александра к произошедшему не отрицает даже его ярый поклонник – профессор Г.В. Вернадский. В своей статье «Два подвига Александра Невского» он пишет: «Александр, как старший, требовал от братьев подчинения. Целью его политики было объединение всей Руси под одним великим князем. Не встречая покорности в братьях, Александр не останавливался перед тем, чтобы смирять их с помощью татар». Гумилев считал, что именно благодаря Александру Батый узнал о сношениях Андрея с Ливонией, Польшей и шведами.

Однако, многие источники, например, житие святого князя, отмечают, что решение о карательной экспедиции против Андрея Батый принял сам, без чье-либо подачи. Конечно, такой источник, как житие, можно обвинять в ангажированности, но все же безусловным фактом является то, что прямых свидетельств современников о предполагаемых интригах Александра не сохранилось.

Также заслуживает внимания и другая версия событий – в 1252 году в Орду, на коронацию нового великого хана Берке были приглашены оба брата. И именно Андрей, уже заклейменный в глазах Орды контактами с Данилой Галицким и его западными «партнерами», воспользовался этим случаем, чтобы проявить неповиновение и подчеркнуть вожделенную «автономию» от Каракорума. Он не ответил и не явился к монголам. Само собой, подобный акт не мог остаться безнаказанным, почему сын Батыя Сартак и послал на Суздаль своего мурзу Неврюя, чтобы примерно наказать непокорного князя (а также, по монгольским обычаям, и всех его людей, вплоть до крестьян) и вернуть статус-кво.

Монгольская армия в походе

Монгольская армия в походе

Событийная канва Неврюева похода не так уж длинна. Суздальская летопись повествует:

«В то же лето (6760 год – март 1252 – февраль 1253- здесь и далее - И.Л.)  здума Андреи князь Ярославичь с своими бояры бегати, нежели цесаремъ (ханам) служити; и побеже на неведомую землю со княгинею своею и с бояры своими; и поташа Татарове в следъ его, и постигоша и у города Переяславля; Богъ же [его] (Андрея) сохрани и молитва его отца; Татарове же россунушася по зелми, и княгыню Ярославлю (скорее всего, жену Ярослава Ярославича) яша, и дети изъимаша, и воеводу (Ярослава Ярославича) Жидослава ту увита, и княгыню увита, и дети Ярославли в полонъ послаша, и люди бещисла поведоша до конь и скота, и много зла створше, отидоша.»

То есть, после неудачного сражения с монгольской экспедицией, Андрей со своей княгиней бежал сначала в Новгород, где, надо полагать, понадеялся на поддержку могущественной партии бояр, ремесленников и купцов, активно торговавших с католическими рыцарскими орденами, Литвой, Польшей и союзом северогерманских торговых городов – Ганзой. Люди подобного круга и рода занятий, составлявшие наиболее обеспеченную часть новгородского населения, были больше остальных заинтересованы в терпеливом «парировании» претензий суздальцев по всякому поводу. Подобное поведение должно было подчеркивать мнимую «независимость» (в данной ситуации скорее, «незалэжность») республики, которая на деле обеспечивала указанным группировкам контроль над крайне важным источником дохода – всевозможными торговыми и иными пошлинами. Весьма вероятно, что именно эта партия была причиной неоднократных «указов» (отставок) Новгорода князю Александру Ярославичу, державшему в своей политике последовательный курс на «цементирование» во властных структурах суздальского государства своих союзников и вассалов.

Однако новгородцы, а с ними и псковичи все-таки отказались укрывать у себя Андрея, памятуя о том, что монголы всегда переносили вину преступника в том числе и на его укрывателей. Оставленный всеми сторонник союза с Западом был вынужден бежать в Швецию.

Примечательно, что через некоторое время Андрей вновь вернулся на Русь, где на Владимирском столе уверенно сидел Александр, был прощен братом и даже наделен Городцом и Нижним Новгородом на Волге. Верно служил брату, ведя оборонительные кампании против ливонцев, и князь Ярослав Ярославич, чья супруга, как видно из летописного текста, погибла от рук солдат Неврюя.

 К тому времени побежденный «король» Галича прекратил свои политические маневры, и «прозападная» партия на Руси теперь активно представлялась только все теми же новгородцами и многими западнорусскими князьями, не имевшими, впрочем, политического веса, сопоставимого с Данилой, Александром или Новгородом. Этап острого военно-политического противостояния был пройден. 

Опубликовано 12 сентября 2017г.

Статьи по теме: