Встреча с детством
Кирилл Любшин

В свои двадцать лет я вернулся в родной город, где прошло мое детство, отрочество, а юность не успела подойти к концу. Здесь родственники, несколько знакомых и время, ползущее подобно улитке. Пара дней в запасе, тоска и безделье, на фоне которых рождается желание посетить места, связанные с первыми годами моей жизни.

Дребезжащий автобус привез меня в один из самых серых районов города, за что я расплатился мелочью на выходе из него. Улица, откуда началась моя прогулка, не безлюдна. Незнакомые, а это, в основном, молодые семьи, отличаются легкостью шага и добротой лиц; другие, постарше (а я знаю их не только внешне, но и поименно), сверлят меня недоверчивым и прищуренным взглядом, отчего я не могу сдержать улыбку.

Вот и двор, что учил меня ходить, бегать, падать, а после играть в футбол. Я был лучшим из лучших! По крайней мере, мне так кажется сейчас. В первую очередь именно с этим местом у меня ассоциируется детство.

Теперь я у спуска к посевам, через силу оторвавшись от игровой площадки на десяток-другой метров. Среди рыхлых грядок, высокой травы и цепких репейников мы совершали с друзьями путешествия, которые были интересны тем, что в них не участвовали родители. Но сейчас не до этого: природа завладела моим вниманием.

Иногда я думаю: что было бы, если бы переезд не случился? Смог бы я выстоять против столь губительной среды или, как большинство моих здешних одноклассников, растворился бы во дворах?

Вблизи расстилаются огороды, далее – густое поле с широкой и отчетливой дорогой к лесу, который таит за собой нескончаемую серость. Однако я помню этот вид вечерним и ясным. Такие просторы, когда я научился твердо стоять на земле, больше всего интересовали меня. Сейчас, к сожалению, подобная природа – редкость в моей жизни, возможно, поэтому я стал серьезнее. А тогда, в детстве, неприязнь к домоседству, постоянное желание действия все время гнали из дому. Радость не оставляла меня до ночи, если погода не перечила жажде движения.

Справа от меня – пятиэтажка, до которой не более ста шагов; я сокращаю расстояние до двадцати.

Печальный панельный дом. Он помнит, как я ходил в детский сад, что находится на возвышении напротив него, помнит, как уходил по утрам в школу, чтобы днем вернуться через подъезд и коридор в комнату, где жили трое: родители и их сын. Моя кровать стояла под окном, из-за чего я легко добирался до излюбленного вида, описанного выше. С тех пор условия моего существования не сильно изменились: я живу в студенческом общежитии, деля гнетущую коморку с другом и приятелем. Квартира же, некогда принадлежавшая нашей семье, – второй этап всякого воспоминания о детстве.

Отсюда, зачастую, я попадаю в детский сад. Не все там было хорошо: вредная воспитательница (только одна из всех), пенки в какао, кабачковая икра, дневной сон… другие недостатки не лезут в голову. Мама, папа и бабушка почти всегда приводили и забирали меня последним, укрепляя мою индивидуальность. На прощальном вечере воспитатели отпускали нас со слезами, а я не плакал: меня занимали мысли о школе.

В этих местах я рос до тринадцати лет и успел закончить шесть классов. Куда полезнее оказались уроки фортепьяно, а также футбольные тренировки и соревнования. Тем не менее, «ничто на земле не проходит бесследно». Редко, но вспоминаю об учительнице математики, с которой я, двенадцатилетний, общался приятельски, но только на «вы», во время уроков и на их темы.

Первая пора моей жизни многому научила меня, а главное – свободе. 

Уравнения перестали занимать меня после переезда в центр города: я с головой ушел в футбол. По возвращении в обычную жизнь мне стукнуло шестнадцать. Вот и получается, что, распрощавшись с этой школой, я покинул и детство.

Иногда я думаю: что было бы, если бы переезд не случился? Смог бы я выстоять против столь губительной среды или, как большинство моих здешних одноклассников, растворился бы во дворах? И всякий раз, когда подобные мысли цепляют меня, я понимаю, припомнив каждую из незначительных, на первый взгляд, мелочей: быть иначе просто не могло.

Ключом к детству неизмеримой широты было то, что я жил и любил здесь и сейчас. Природа, которая сегодня мне кажется невероятной, постоянное движение, музыка, спорт, сверстники – все растворялось в бесконечной энергии, азарте и радости. Первая пора моей жизни многому научила меня, а главное – свободе. 

Опубликовано 27 февраля 2017г.

Статьи по теме: