Трамвай, конфета и своевременная молитва
Анатолий Медведев

Как-то я стоял на остановке и ждал трамвая. Самого обыкновенного трамвая в самый промозглый субботний осенний вечер. Не то чтобы долго, просто было неуютно, и я хотел успеть к началу службы. Поэтому где-то в глубинах своего сердца воззвал: «Господи, сделай так, чтобы трамвай пришел поскорее!» И Сердцеведец услышал меня и пригнал грохочущее по рельсам транспортное средство в течении полутора минут. Действительно, нет невозможного для Господа! Так и хочется сказать: «Аллилуйя», - и поставить точку. Но у меня было минут десять дороги для того, чтобы посмотреть в окно и подумать.

Вот я пришел на остановку, поежился, высморкался, помолился. Но ведь к этому моменту трамвай уже давным-давно вышел из депо! То есть Бог приготовил для меня тепленький трамвайчик, зная, что я не подумаю помолиться за час до выхода, зная, что я без всякого благоговения подойду к молитве? Это Он подстроил так, чтобы именно в это время я вышел из дома и трамвай вовремя выехал из депо? Только потому что я попросил? Не опоздает ли кто-нибудь на этот трамвай из-за того, что я решил выпрашивать себе какие-то бонусы?

Допустим, моя молитва не играла роли, и вообще Господу Богу лучше знать, что для меня полезно: теплый трамвай или сырой вечер. Но тут же возникает закономерный вопрос: а зачем вообще мы тогда молимся, если Господь и так знает, как надо?

Представьте: ребенок просит у вас конфету, но вы знаете, что конфета принесет ему вред, и, как правило, не даете. Но иногда вы уступаете. Может так случиться, что вы очень устали и даете эту конфету, чтобы отвязаться, или просто хотите побаловать сорванца. Но Бог абсолютен и совершенен, подобные слабости - это не про Него. Но может быть и так, что ребенок болеет, и конфета, пусть и принесет вред в будущем, скрасит его страдания сейчас. Конфета может стать способом воспитания, как приз, которого нужно добиться.

Допустим, моя молитва не играла роли, и вообще Господу Богу лучше знать, что для меня полезно. Но тут же возникает закономерный вопрос: а зачем вообще мы тогда молимся, если Господь и так знает, как надо?

А представьте, что ребенок не может или не хочет вас видеть, слышать, и вдруг говорит: «Папа, я хочу конфету!» Да вы просто завалите его кондитерскими изделиями!

Молитва - не фарисейская, обращенная к своей гордыне, а молитва к Богу - это прежде всего обращение себя в Его сторону. Мы сначала поворачиваемся к Нему, а уже потом говорим. Он знает все, о чем мы попросим, знает настолько хорошо, что подстроит все именно так с этим несчастным трамваем, если это будет для нас полезно. И даже то, что мы можем помолиться не вовремя, Его не смутит.

И в этом свете мысли крайне прогрессивной части нашего православного сообщества о том, что совершать утреню вечером и вечерню утром – недоразумение, и систему необходимо реформировать, выглядят по меньшей мере странно. Если Богу все равно, когда именно я молился о трамвае, логично, что и наши храмовые молитвы Он услышит и поймет независимо от времени их совершения: Ему же известно, кто о чем и когда молится.

Но еще большее недоумение у меня вызывает факт, что это мнение высказывают и многие священники, а также люди, в церкви прислуживающие. Они испытывают острый диссонанс от того, что их молитва в храме несвоевременна. Один из них, например, посмеивался над возгласом «Слава Тебе, показавшему нам свет», говоря о том, что этот возглас - благодарение за первые лучи солнца, которые после всенощного бдения проникают в храм. Что тут скажешь? Хочешь, чтобы все было как в старые времена, служи всю ночь - и будет тебе и рассвет, и первые лучи солнца. А если не хочешь служить всю ночь, то стоит хорошенько подумать, о каком таком свете идет речь в этом возгласе, и настолько ли необходимо солнце, чтобы прославлять Господа за этот свет.

Из этого же непонимания времени возникают противоречия и с молитвой о мертвых: некоторые говорят, что за них молиться бессмысленно, потому что из ада в рай и обратно, как следует из Евангелия, никто не переходит. Сколько ожесточенных споров я встречал на эту тему: одни вцепляются в слова Священного Писания, а другие обижаются, что их молитву за усопших обесценивают. Но ведь очевидно, что Богу все равно, когда эти молитвы будут произнесены: у Него все они учтены - и вчерашние, и завтрашние.

Все правильно и работает как машина: мы молимся - и все это складывается, записывается, суммируется, и вот мы уже в раю. Аллилуйя, точка, хэппи-энд! Эх…

Конечно, все не так, как хотелось бы. И даже ни капельки не понятней. Просто мы взяли ряд условностей, из которых вывели некое абстрактное представление и сошлись во мнении, что обрисованная этими словами картина немного помогает нам двигаться дальше. При этом нужно помнить, что понять мы можем значительно больше, чем выразить словами. И если мы что-то хотим понять о Боге, то прямое общение с Ним куда лучше способствует пониманию, чем чтение учебника по догматическому или мистическому богословию. А значит, стоит почаще обращаться к Богу, и, желательно, не только за тем, чтобы попросить его прислать за нами трамвай. Можно иногда и просто поблагодарить. Благодарственная молитва, в отличие от просительной, вообще не имеет привязки ко времени.

В оформлении использована картина художника Сергея Волкова из серии «Маленький трамвайчик»

Опубликовано 10 марта 2017г.

Статьи по теме: