Куда идет Китай?
Андрей Куликов

Беседовал Василий Пичугин

Современный Китай постоянно привлекает внимание, так как от развития этой страны сегодня зависит развитие всего мира. Поэтому недавно прошедший 19 съезд Компартии Китая вызвал колоссальный интерес всей мировой общественности. О значимости этого события мы говорим с китаеведом, кандидатом исторических наук Андреем Куликовым.

Что для китайского общества означает 19 съезд КПК? Насколько большое внимание было ему уделено в китайском обществе и почему?

В этот период на сайте информационного агентства «Синьхуа» (аналог нашего РИА-новости) почти все заголовки были посвящены именно 19 съезду КПК. Других новостей как будто бы и не существовало.

Китайцы, с одной стороны, очень политизированный народ, а с другой – они очень спокойно относятся к каким-то решениям сверху. Такое мероприятие происходит не часто – раз в пять лет. Ближайший аналог у нас – выборы Президента, когда по всей стране начинаются политические или околополитические разговоры.

Можно сказать, что это – и подведение итогов прошедшей пятилетки, и взгляд в будущее? Исходя из этого, какие-то новые политические комбинации возникают?

Бесспорно. Это был первый съезд КПК, где Си Цзиньпин выступал в качестве Председателя КНР.

Сразу же хочу сказать, что все, что я буду говорить, является мнением иностранца, хотя и изучающего Китай, но все равно это взгляд извне.

Это было такое мероприятие, на котором Си продемонстрировал себя, как полновластный глава Китая.

До этого времени ему приходилось делить этот пост с кем-то?

В Китае довольно специфическая система вступления во власть. Глава КНР сначала занимает промежуточные посты (Генеральный секретарь, Председатель военного совета ЦК КПК), потом, сохраняя эти посты, поднимается выше. Вход во власть происходит постепенно, и еще до официального оформления в должности Председателя, который избирается Всекитайским собранием народных представителей. Китайская же компартия остается вполне закрытой структурой, особенно если речь идет о ее высших эшелонах.

Генсеком Си стал еще в 2012 году (на предыдущем съезде КПК), а Председателем КНР только в 2013.

Одна из самых ярких особенностей прошедшего съезда и участия в нем Си Цзиньпина заключается в том, что его идеи были напрямую интегрированы в китайскую Конституцию. В глазах китайцев это подняло его авторитет значительно выше, чем его предшественников. Идеи предшественников (Цзян Цзэминь и Ху Цзиньтао) хоть и произносились с высоких трибун, но не были непосредственно интегрированы в Конституцию.

При этом Си Цзиньпин не сказал ничего принципиально нового. Лейтмотив высказываний – КПК по-прежнему должна развивать Китай и его народ. Но с точки зрения увековечивания себя в качестве лидера, он замахнулся, как минимум, на Дэн Сяопина – архитектора современной общественно-политической системы КНР.

Что в будущем ожидает китайский социализм?

Историческая миссия компартии в Китае в XXI в. – продолжение строительства социализма с китайской спецификой. В новом веке значение этого строительства по-прежнему велико и КНР будет идти в этом фарватере. При этом было объявлено о продолжении курса «одна страна – две системы». В большей степени это сделано для Гонконга, Тайваня и Аомэня. Основной Китай – это социализм с китайской спецификой, а вот эти регионы, которые имеют тенденцию к сепаратизму, в них будет сохраняться капиталистический уклад западного толка. По крайней мере, это озвучивается. А вообще китайцы, в отличие от американцев, не будут громко кричать с трибуны, они просто медленно и планомерно будут поворачивать ситуацию в свою сторону. Хотя, учитывая, что Гонконг на протяжении всего XX века был ориентирован за Запад, там руководству КПК придется действовать гораздо аккуратнее. На Тайване своя ситуация. Там сейчас пришла новый Президент (Цай Инвэнь) и сразу же провозгласила курс на отдаление от КНР, в отличие от предыдущих лидеров, которые старались наращивать отношения с КНР (в первую очередь, экономические и культурные).

Китай, осознавая собственную силу, говорит, что будет строить глобальное «сообщество единой судьбы». Это любопытный термин, предложенный Си Цзиньпином. Я бы сказал, что это вариант глобализации по-китайски. Китай, хоть и ощущает себя глобальной страной, приступает к глобализации с регионов. Они начинают с проекта «Один пояс – один путь» (или Новый шелковый путь), который включит в себя Среднюю Азию, Россию, Европу, арабские страны и Африку. В ближайшей перспективе Китай не планирует замахиваться на весь мир, но постепенно присматривается к Евразии и Африке.

При этом я никоим образом не разделяю паникерских настроений некоторых ученых, а особенно журналистов, которые еще в XIX в. поднимали панику, что России следует бояться Китая, колонизации Сибири и «желтой угрозы». Эти же настроения мы видим в поэзии и прозе «Серебряного века». У Китая хватает собственных «домашних» проблем, и попытка проглотить значительные объемы новых территорий неминуемо ударит по самой Поднебесной. Если уж говорить о территориях, то сначала Китай должен решить проблему Тайваня.

«Сообщество единой судьбы» – новый китайский глобальный проект, и, как и любой глобальный проект, многие его аспекты остаются за скобками. В отличие от западного мира, который диктует миру свои ценности, китайцы говорят, что собираются строить мир со всеми заинтересованными сторонами, где основными принципами будут общая договоренность, общее строительство, общая ответственность и общее получение выгоды от построенного. Это то, что пропагандируется.

Можно ли выделить какие-то особенные принципы, на которых Китай выстраивает отношения с окружающим миром?

Китай строит отношения с миром на основе пяти принципов мирного сосуществования. Их в свое время предложил Чжоу Эньлай (первый премьер КНР). Эти пять принципов создавались как некая идеологическая база для международных отношений стран третьего мира. В 50-60-е гг. прошлого века Китай отдалился от СССР, при этом оставаясь явным представителем социалистического лагеря. И именно в этот момент в КНР начали предприниматься первые попытки возглавить третий мир. Трудно сказать, насколько Китай отошел от этой концепции в наши дни. Может быть, и не отошел. Например, развивая проект «Один пояс – один путь», они идут через Среднюю Азию, которая совсем недавно была российской, а сейчас сложно сказать, к какому миру она относится. К слову – Китай по отношению к исламским странам действует весьма разумно, но не забывает и о собственной выгоде.

Развивая китайскую глобализацию, китайцы будут применять свою знаменитую «мягкую силу». Они говорят нам: «Вы, русские, всегда действуете кулак в кулак и обоим в результате плохо. А мы подставляем вам открытую ладонь, вы ударяете в ладонь, и мы этой ладонью обхватываем вас со всех сторон».

Сейчас КНР активно развивает внешнюю торговлю, которая во всем мире считается двигателем прогресса. Но если посмотреть на карту Нового Шелкового пути, есть два маршрута: сухопутный – через Среднюю Азию, Казахстан, Россию в Европу. Есть морской маршрут, который мало чем отличается от старинных морских путей в Китай. Ключевым моментом является то, что этот маршрут проходит через Южно-китайское море, которое сегодня является постоянным источником головной боли для Китая, поскольку там сходятся интересы КНР, Тайваня, Японии, Вьетнама и США. И тут делается финт ушами: мы превращаем Южно-китайское море в некий хаб, по которому будет происходить движение торговых судов, то есть зона назревающего конфликта будет постепенно трансформироваться в оживленную торговую магистраль. А кто владеет этой магистралью, тот и управляет регионом. Не исключено, что американцев будут вытеснять оттуда даже без наращивания военной силы. Все это, на мой взгляд, задел на региональное доминирование, но при помощи мягкой силы.

Если же говорить о внутри-китайском восприятии девятнадцатого съезда, то для самого Китая – это констатация status quo: Коммунистическая партия Китая останется на своем месте, социализм с китайской спецификой никуда не денется, а будет развиваться и эволюционировать. При этом во главу угла по-прежнему ставится построение сбалансированного общества, которое должно развивать собственную культуру и экономику. Плюс они провозгласили, что теперь будут больше заботиться об экологии. Насколько это реализуемо, сказать сложно, потому что если говорить об уничтожении биосферы, то китайцы в этом направлении преуспели значительно больше, чем весь западный мир. Сохранится и курс на мирное развитие, при этом совершенствование национальной армии будет стимулироваться с целью защиты собственного суверенитета.

Опубликовано 15 декабря 2017г.

Статьи по теме: