Примета времени
Елена Котовская

– Цок, цок, цок, – процокали шпильки – это заведующая крупного государственного детсада в глубоком декольте и экстремальном мини вышла поздравлять детишек с Новым годом.

 – Не кажется ли вам, – робко спрашивает меня знакомая мама, – что этот наряд несколько не уместен в детском коллективе?

 – Хе-хе, – думаю я, – это цветочки, то ли еще будет в школе!

В школе, за долгие года выращивания своих чад я насмотрелась на многое и уже почти перестала удивляться царящей там пошлости: слезливые «дни мам» с непременными ведущими, спотыкающимися на своих лабутенах, пафосно-патриотичные «9 маи» с поющими о «дне победе» размалеванными и разодетыми как на бал старшеклассницами;  конкурсы «ученик года», когда дети не стесняются читать о себе стихи собственного сочинения на тему (буквально) «как красив я и умен – голосуйте за меня», а некоторые даже выскакивают из картонных коробок, перевязанных розовыми ленточками – « мол, вот он я, Ученик Года, полюбуйтесь».

Родители соревнуются в градусе пошлости со школьными массовиками-затейниками: поют хором на выпускных «крылатые качели»; отдают маленьких детей в «школы моделей» и «декламаций»; готовы скакать добровольными аниматорами на всевозможных дитячьих выпускных, коих развелось в наши дни немеряно: из детсада, из 4 класса, из 9-го и, наконец, из 11-го.

В позднесоветском периоде пошлости тоже хватало: по сцене прыгали подражавшие (совсем немного, много нельзя) Западу певцы – «Самоцветы» затягивали «их в живых осталось только семеро…»; с экранов вещал несменяемый Брежнев с поврежденным речевым аппаратом, а

ритуал принятия в пионеры и комсомольцы постепенно вырождался в анекдотический фарс. И все-таки такого масштабного разлива пошлости, как сегодня, не наблюдалось. Аскетизм Великой Отечественной незримо присутствовал на российских просторах.

«Пошло то, что пошло», – говорил в свое время Д. Мережковский. Между прочим, это, как утверждают филологи, буквальное значение слова. Кто-то сказал умную свежую фразу, например, про духовность. Фраза понравилась.  Ее повторили, потом опять, потом с пафосом, со все нарастающим и – пошлО, в конце повторяют, позевывая, до новых фраз, смыслов и выражений чувств, до нового витка.  

«Чудо, Чудо! – умиляется в православном чате пользовательница, – икона замироточила! И да, кстати, где перед Новым годом лучше купить лыжные ботиночки, мои что-то потрескались, а лететь на днях?»

Про стилистику общения в соцсетях с их «гифтами», сердечками и «помогите бездомной кошечке» я вообще молчу, это отдельная тема.

Но не соцсети первопричина зла. Они лишь отражают массовый настрой. В капиталистическом обществе, которое мы вроде бы как бы построили, главное что? Деньги, конечно. Об этом все знают, но с улыбочкой молчат.

В 90-е деньги собрали богатый кровавый урожай, им принесли обильные жертвы. Бандитские разборки, киллеры – классические стереотипы 90-х. Звериный оскал молодого капитализма вызывал ужас, пошлость была на втором плане. Когда же все устаканилось в начале 21 века – ужас прошел, и выяснилось, что Деньги сами по себе способны опошлить любые институты и отношения: все измерить, подсчитать, вычислить, сколько стоит та или иная «услуга». Какова цена дружбы? Любви? Сколько нужно «вложить» в ребеночка, чтобы этот «проект» был успешным (отсюда столько родительских плясок с подвываниями вокруг современных чадушек, которых знать не знала советская эпоха). Но про деньги надо еще ханжески молчать: делать вид, что ими как бы и не дышат (чтоб не СГЛАЗИТЬ). Всеразличные околооккультные представления прямо-таки роятся вокруг этого понятия: куча инструкций, как «притянуть» на себя деньги и удачу.

Наши высокопоставленные чиновники – государственные мужи, наша «элита» – те, кто призван являть собой если не высокие и аристократические, то хоть несколько возвышенные образцы поведения – сплошь погрязли в пошлейшем мещанстве и для обеспечения себя примитивными и пошлыми «рублевками» и яхтами пускаются в самое низкопробное воровство, как домушники или карманники, но в государственном, а не улично-подворотном масштабе. 

Пошлостью невыразимых масштабов разит от нашего телевидения и эстрады, что, в общем, ожидаемо и предсказуемо. Забавно, когда наши принципиальные антикапиталисты, анархисты и протестно-бунтующие русские рокеры быстрыми темпами начинают осваивать глубины отечественного шоу-бизнеса со всем вытекающим из него «баблом». Распоряжаются они этим ресурсом абсолютно аналогично представителям поп-культуры: облачаются в брендовую одежду, чинят зубы в Америке, отправляют обучаться чад в Англию и стремительно превращаются в совершенно добропорядочных обывателей, разве что чуть более татуированных, серьгастых и алкогольнозависимых.

Коррозия пошлости расползается по нашей капиталистической России как круги по воде, затрагивая всех и вся. Пошлость становится атрибутом и приметой времени. Если я сейчас напишу слова об истинной духовности и высоком патриотизме, от них моментально потянет все тем же знакомым душком. Новенькие церкви, с их металлическими, рядящимися под золото куполами, вызывают, мелькая за окном автомобиля, знакомые ощущения: будто бы ты только что проехал мимо новенького же, с иголочки, торгового центра.

Тем ценнее и глубже воспринимается встреча с чем-то действительно подлинным, увы, происходящая все реже. Порой кажется, что ради такой встречи уже надо бежать куда подальше за МКАД – в леса, поля, в глухомань. Но нет, порой в самом центре гигантского мегаполиса, на его улочках и переулках, в квартирах и квартирках, такая встреча возможна, потому что опошлить себя и свою жизнь или нет – это, несмотря на все объективные обстоятельства – все равно остается сугубо индивидуальным выбором каждого конкретного человека.

Опубликовано 07 июня 2018г.

Статьи по теме: