Я не верю в воспитательность
Мария Берова

Дмитрий ЕмецДмитрий Емец – российский писатель-фантаст, филолог, автор серии сказочных повестей «Таня Гроттер», «Мефодий Буслаев», «Школа ныряльщиков» («ШНыр»), автобиографических рассказов («Бунт пупсиков», «День карапузов», «Таинственный Ктототам»), литературно-исторических сборников о Древней Руси и сказаний о житии святых.

Визитка: Родился 27 марта 1974 года в Москве. Окончил филологический факультет МГУ, кандидат филологических наук, член Союза писателей, отец семерых детей.

Дмитрий Александрович, как все начиналось?

Профессию писателя никто не выбирает, она как-то сама осуществляется. Я в детстве очень много читал, писал. Что-то «шлепал» на печатной машинке, но не относился к этому как к писательству, просто мне это нравилось. К примеру, сегодня на встречу пришло много людей, которые пишут фанфики, рассказы, кто-то в больших количествах и, вполне возможно, что впоследствии некоторые из них станут писателями. Сейчас они об этом еще не знают, это возникает всегда неожиданно. Я тоже много писал, а потом поступил на филологический факультет МГУ и писал скучные научные статьи. Устав от них, написал веселую повесть-сказку «Дракончик Пыхалка». С полным отрывом, просто понравилось – хотелось отдохнуть от научного языка. Ну и так, постепенно, все пошло: сначала «Драконик Пыхалка», потом «Приключения домовят», «Кусалки»… И я понял, что обрел профессию.

Первая книга вышла у меня в 1994 году. К 2002 году книг было уже довольно много. Большой блок детской фантастики - «Тайна «Звездного странника» (1995 г.), «Сердце пирата» (1997 г.) (серия «Космический пират Крокс», – Авт.), «Город динозавров» (1998 г.), «В когтях каменного века» (1998 г.). Постепенно от детской литературы я устал и начал мысленно паковать чемоданы, собираясь перейти на юмористическое фэнтези. Вышли книги «Великое Нечто» (2002 г.), «Вселенский неудачник» (2006 г.). Затем, в 2002 году, я выпустил книгу «Таня Гроттер», уникальность которой состоит не только в том, что она начиналась как пародия на Гарри Поттера и превратилась в отдельный независимый цикл, но и в том, что это семейная книга, рассчитанная на читателя любого возраста. Первая книга вышла осенью 2002 года, в серии всего 14 книг, она завершена. Другая большая серия – «Мефодий Буслаев». В нем 19 книг, и этот цикл тоже завершен. Сейчас я пишу новую серию «ШНыр» - «Школа ныряльщиков». Пока в ней 9 книг.

Кроме этого, в последние годы вышли книги «Бунт пупсиков» (2015 г.), «День карапузов» (2015 г.), «Таинственный Ктототам» (2016 г.) (серия «Моя большая семья» – авт.), –  веселые истории из жизни многодетной семьи, такая наполовину автобиографическая повесть, с нашими реалиями. Я очень люблю ее и считаю, что это одна из самых моих удачных книг.

Почему Вы начали со сказочного жанра?

Жанров много, естественно, но человек обычно пишет то, что ему хотелось бы прочитать самому. К примеру, у Вас есть некая мечта прочитать некую книжку, которая еще не написана, и Вы пишете отчасти для самого себя, раздваиваетесь, одна половина Вас пишет книгу для второй половины и, таким образом, возникают нити текста. Так очень многие пришли в литературу, пытаясь написать книгу в фокусе своего интереса. Когда мне хотелось читать повести-сказки, я был увлечен творением Астрид Линдгрен и мне захотелось написать книгу, такую же радостную и веселую, как «Карлсон». Так появился «Дракончик Пыхалка».

У Вас изначально была такая концепция – писать для самого себя, или это как-то потом вызрело?

На самом деле нельзя рассказывать историю ни для кого постороннего, всякая история должна быть, прежде всего, рассказана для самого себя. Если 17-летняя девочка пытается написать боевик от имени 40-летнего офицера спецназа, то, естественно, получается ерунда. В первую очередь, нужно писать книгу для себя и на том материале, который тебе хорошо известен и интересен. Тогда есть шанс, что ты этим заинтересуешь и читателя тоже.

Наверное, так приходят в литературу многие писатели…

Да.

А как родилась идея создать Таню Гроттер?

Наверное, во многом из чувства конкуренции. Я ощущал свои силы и хотел их испытать. Литература – это игровое пространство и, поэтому, любой игровой роман, как Таня Гроттер, отталкивается от другого романа, творчески его интерпретирует, задает похожий мир, объединяет миры. Почему, например, литература XVIII века слабая? Потому что писатели XVIII века мало на кого могли опереться. Писатели стоят друг на друге как карты в карточном домике. Если бы не было Гоголя, не было бы и Достоевского. Не было бы Карамзина, не было бы и Пушкина. Можно выстраивать эти пирамиды на столетия, в глубь истории.

Скажите, как к Вам приходит идея создания новых романов?

Долго и мучительно. Сначала накапливаются материалы, что-то приходит, что-то уходит, и из большого объема возникает что-то отдельное. Обычно первая книга создается долго, около года, со множеством сюжетных линий, которые впоследствии не используются. Материалы могут приходить, уходить, появляться в других книгах. В общем, это принцип запасания текста. К примеру, Вы хотите построить дачный домик и поэтому готовите доски, кирпичи. Постепенно гора на Вашем участке становится больше и больше, и однажды Вы понимаете, что из этих кирпичей можно рискнуть что-то построить. Так, примерно, и книги пишутся.

А как родилась идея создать серию книг «Заступники земли русской»?

У меня однокурсник долгое время был главным редактором издательства Сретенского монастыря. Для него я написал 10 книжек княжеских житий в литературной форме: «Дмитрий Донской», «Александр Невский», «Андрей Боголюбский». Потом они легли в основу книжки «Заступники земли русской».

У меня еще есть книга «Древняя Русь». В ней совсем другой взгляд на историю. Там писательская «камера» встроена в простого участника событий: девочку, мальчика, простого воина, который не доживает до конца битвы. Это гораздо более интересная книжка. Очень советую тем, кто захочет заинтересовать русской историей своего ребенка. Когда мы просто читаем, к примеру, о битве на Курской дуге, что столько-то шло дивизий, столько-то людей погибло, столько-то дней шли бои, это, по большому счету, не запоминается, масштабность событий не передается. Но если мы пытаемся описать эту битву глазами солдата, которого убили через два дня, и он даже не знал, кто победил, то эти переживания дают гораздо больше знаний, чем учебник по истории. Поэтому я верю в историю, которая дается глазами рядового участника событий. Когда писатель знает метод, как это делать, к примеру, как Сергей Алексеев, то во всех исторических произведениях получается что-то интересное.

На какие возрастные категории рассчитана серия книг «Защитники земли Русской» и «Древняя Русь»?

«Древняя Русь», я думаю, оптимальна от 8-ми до 25 лет. Возраст 25 лет назван условно, его можно во все стороны двигать, но, наверное, раньше 8-ми лет вряд ли будет понятна книга. Что касается «Заступников земли русской», то здесь, тоже, наверное, от 10-ти лет и старше, и далее без возрастных ограничений. То есть, начиная с 9-ти и до того момента, пока человеку интересна история.

Какая фундаментальная основа заложена в Ваши книги?

Я не верю в воспитательность. Если на каждой странице написать «Будьте хорошими людьми!», то вряд ли от многократного повторения произойдет что-то волшебное, и человек изменится. Нужно просто показывать человека во всех его сомнениях, показывать честно, в моменты поиска, и тогда, возможно, читатель прикипит сердцем к кому-то, и путь героя станет его путем, а так как дорог много, то каждый выберет свою.

Легко ли воспитать ребенка в православной вере?

Сложно. Потому что мы пришли к вере уже битые, до этого пройдя какой-то свой путь. Твой корабль бьет штормами, рвет паруса, и единственная пристань, где твой корабль не убьет, – это Бог. А во втором поколении люди обычно лишены предыдущего опыта, и уже не верят, что розетка бьется током. Потом часто бывает, что у православных детей такое правильное христианское детство, а затем они перестают верить в Бога, но будем надеяться, что в дальнейшем произойдет возвращение, и они не потеряются. Очень тяжело передавать традицию, потому что традиция эта прервана и теперь внедрить внутреннюю основу православия, чтобы она пропитала всю семью в целом, – чудовищно сложно. Мы волшебного рецепта пока не знаем.

Кто Ваш потенциальный читатель?

У меня есть книжки «Бунт пупсиков», «День карапузов», «Таинственный Ктототам», - это история семидетной православной семьи. Она отчасти автобиографическая, хотя и с долей вымысла, и мне хочется читателю предложить вот эту книжку. Если Вы взрослый человек, начните свое знакомство со мной с «Бунта пупсиков». Мне кажется, книга честная. Написана на определенном родительском опыте и одновременно без каких-то учительных интонаций.

С 6-го по 10-е сентября на ВВЦ прошла Московская Международная книжная выставка-ярмарка, на которой собрались ведущие корифеи российской современной литературы и заинтригованные читатели. На ней Вы представили свою новую историю из серии «Школа ныряльщиков» - «Цветок трех миров». О чем она?

У меня три больших серии: «Таня Гроттер», «Мефодий Буслаев» и «ШНыр» («Школа ныряльщиков»). У «ШНыра» совсем другая концепция, очень сложная. Его читатель или не принимает совсем, или он становится у него любимым.

В какие часы Вам обычно пишется?

Я раньше с 4-х часов утра работал, сейчас часов в пять встаю, и, постепенно, начинаю работать.

А как приходит вдохновение?

Вдохновение любит понятные ему графики. Вначале врабатываешься, потом активно идет работа, потом чувствуешь, что немножко угасаешь, устаешь, – вот так и все происходит.

Какой совет Вы можете дать молодежи, чтобы достичь того, чего хочешь?

Не искать настроения. Жизнь – это марафон. Надо – значит, надо. Если это воскресенье, то нужно встать и идти в храм, если это понедельник, то надо вставать и идти на работу. Как только человек начинает думать «надо – не надо, нравится – не нравится», то его разносит в клочья. Если девиз «Надо – значит, надо» сделать лозунгом, то многие проблемы будут решены. 

Опубликовано 19 сентября 2017г.

Статьи по теме: