«Исламское Государство» готово к последнему бою
Иван Лапкин

Наверное, для многих стало большой неожиданностью то, с какой легкостью группировке войск сирийского режима удалось 5 сентября деблокировать самый большой город на сирийских берегах Евфрата -  Дейр-эз-Зор  и находящийся там гарнизон Республиканской Гвардии. Напомню, что сам город и его авиабаза находились в осаде около четырех лет. Боевикам Исламского государства взять его так и не удалось, но и силам Дамаска тоже долго не удавалось пробиться к нему из центральной Сирии. И вот в ходе кампании конца августа - начала сентября, за две недели, может быть, даже меньше, на каких-то направлениях правительственным войскам удалось пройти более 120 км по открытому пространству, по пустыни, захватить несколько ключевых горных гряд к северу от национального шоссе Пальмира-Дейр-эз-Зор и неожиданно легко и без особых проблем деблокировать гарнизон в городе. Естественно, что это событие было очень широко разрекламировано. Помимо официальных российских каналов об этом большой и неплохой (единственный, на мой взгляд, неплохой) репортаж  сняло агентство  ANNA News.

Военнослужащие российских ССО в районе кладбища Дейр-эз-Зора

Военнослужащие российских ССО в районе кладбища Дейр-эз-Зора

Кстати говоря,  данная операция - единственный случай за всю сирийскую компанию, когда именно силы специальных операций ВС РФ  непосредственно участвовали в боевых действиях, напрямую и в больших количествах. Об этом свидетельствует большое количество видео-материалов, фото-материалов, а также косвенно свидетельствует то, с какой легкостью правительственным войскам удалось взять хорошо укрепленные позиции «Исламского Государства» на кладбище Дейр-эз-Зора  и близлежащей горной гряде Тарда. Непосредственное руководство соединением осажденных и деблокирующей колонны, а также последующим форсированием реки Евфрат осуществлял, судя по всему, командующей 5-ой общевойсковой армией ВС РФ генерал- лейтенант Валерий Асапов, погибший под обстрелом ИГ 23 сентября на своем командном пункте.

Но, тем не менее, как показали последующие события, легкость, с которой удалось деблокировать город, в общем-то не свидетельствовала о том, что у «Исламского Государства» больше нет сил сопротивляться вообще. Скорее, это означало, что «Исламское Государство» более практично и рационально распределило те ограниченные ресурсы, которыми оно обладает на данном оперативном направлении, совершив тактический отход с целью сохранить как можно больше наличных боевиков и техники.

После деблокады города, а затем деблокады аэродрома перед правительственными войсками и активно поддерживавшими их специальными силами российской армии встала следующая задача. Дело в том, что когда передовые колонны войск режима приближались к городу, в то же время к северу от города вышли из многолетней пассивности отряды курдских боевиков YPG, которые представляют собой вооруженные силы так называемого «Сирийского Курдистана». Около двух лет назад им удалось в ходе осторожной ограниченной операции при поддержке вооруженных сил США захватить город Шаддади на юге провинции Эль-Хасаке, примерно в 40-45 километрах от Дейр-эз-Зора. С тех никакого активного, продолжительного боевого контакта с боевиками ИГ у YPG здесь не было. Замечу, что в ходе всей четырехлетней осады города YPG не предпринимались никакие попытки помочь большому количеству голодающего населения, над которым, к тому же, постоянно висела угроза массовой резни, в случае прорыва обороны. Точной цифры заблокированных в городе за период 2012-2107 годов нет, называются самые разные, колеблющиеся в диапазоне от 100 до 30 тысяч человек, что, в любом случае, по ближневосточным меркам, немало.

Как только правительственные войска деблокировали город, сделав всю «грязную работу», курдские боевики развернули свое собственное наступление на юг, которое было обеспечено большим количеством бронетехники. Такое количество бронетехники курды используют, наверное, впервые, поскольку впервые им приходится проводить полномасштабную операцию на пустынных территориях. В ходе наступления они смогли достичь индустриальной зоны Дейр-эз-Зора, как раз напротив правительственных войск на другом берегу Евфрата. Возникает вопрос: зачем курдам было проводить рискованный маневр, отвлекать силы, если даже бывшая столица ИГ Ракка ими еще не зачищена до конца?  Ответ прост: там, через реку от провинциальной столицы Дейр-эз-Зора, находится огромное количество нефтяных полей, которые приносят очень весомую часть всей добычи нефти в стране. Этой нефтью во время своего правления на данной территории активно пользовалось «Исламское Государство». Вступив неожиданно в развитие событий, курдские боевики всерьез нацелились на то, чтобы захватить эти нефтяные поля, в частности, самое большое из них - нефтяное поле Омар.

Поэтому следующим шагом правительственных войск была попытка пересечь Евфрат -  крайне рискованное предприятие в условиях тесного контакта с противником, и отрезать курдских боевиков от нефтяного поля Омар и окружающего района, поставить их под контроль самим. Можно сказать, данное столкновение интересов вроде бы бывших в последние годы союзниками режима и YPG – это только первая глава в длинной истории второго этапа гражданской войны в стране, этапа, где основную роль будет играть не религиозный, а этнический фактор – войны арабов и курдов. После захвата острова Сакр и некоторых городков южнее городского аэродрома правительственным войскам удалось форсировать Евфрат, выйти на его левую сторону и там же захватить несколько населенных пунктов. Однако там они вне смогли преодолеть ожесточенное сопротивление боевиков «Исламского Государства» и, в конечном счете, на данный момент нефтяных полей так и не достигли. В то же время курдские боевики уже захватили некоторые из них и напрямую приблизились к городу Эс-Сувар, который является административным центром нефтяной добычи в этом районе.

Колонна боевиков курдских боевиков YPG на пути к Эс-Сувару

Колонна боевиков курдских боевиков YPG на пути к Эс-Сувару

При форсировании Евфрата основная масса техники и значительная часть более-менее адекватных пехотных контингентов режима, в частности знаменитая «Четвертая дивизия», не менее известное подразделение «ISIS Hunters» («Охотники на ИГ»)  и другие были переброшены на небольшой пятачок на левом берегу Евфрата, где попытались также пробиться к Эс-Сувару, однако активная оборона ИГ сковала их наступление.  

Одновременно верховное командование режима в очередной раз совершило непростительную ошибку при выборе приоритетов «ИГ/мятежники».  После локальной атаки суннитских мятежников в западной провинции Хама, за двести с лишним километров от основного театра военных действий с «Исламским Государством», видимо, посчитав себя в силах воевать на два фронта, оно перебросило в указанный район крупные массы пехотных и танковых резервов и начало достаточно масштабное контрнаступление, которое поначалу увенчалось крупным успехом. Немаловажную роль тут сыграл тот факт, что бои разгорелись в зоне т.н. «деэскалации», и первым под огонь мятежников попал расположенный там пост российской военной полиции, обеспечивавшей соблюдение режима прекращения огня. Угроза жизням российских солдат тут же вызвала небывалую активность и, подчеркну, результативность боевой работы авиации с российских аэродромов в Сирии, к которой затем, уже по традиции, подключились тяжелые стратегические бомбардировщики и ракетное вооружение ВМФ в порту Латакии и Тартуса. 

С одной стороны, столь быстрая переориентация авиаударов и слаженность действий на земле позволила достойно выдержать неожиданный и мощный удар мятежников во главе с бывшим «Фронтом Ан-Нусра», и после отражения атак у армейского руководства возникла характерная для арабов эйфория, некоторые полевые командиры даже заговорили о зачистке всего «большого Идлиба», откуда был нанесен удар. Но с другой, это неожиданное осложнение обстановки в зоне предполагаемого «перемирия» потребовало переброски дополнительных резервов и перенацеливания авиаподдержки из восточных провинций, где разворачивались боевые действия с «Исламским Государством», в западные. То есть нажим на ИГ южнее Дейр-эз-зора и на левом берегу Евфрата значительно упал.  

После легкой прогулки по шоссе Пальмира-Дейр-эз-Зор и уничтожения активной и боеспособной группировки войск ИГ в районе Евфрата, севернее, у Дамаска сложилось необоснованное впечатление, что дорогу никто атаковать не будет. Однако к югу от шоссе, продолжала действовать часть отрядов «вилайета Хайр» (территориальные подразделения экстремистов), которая уже до этого нанесла несколько чувствительных поражений войскам режима в районе деревни Хумайма. Но после того, как деревню все же  удалось взять, эту угрозу списали во вторичные и третичные.

Карта, изображающая обстановку у шоссе Пальмира-Дейр-эз-Зор

Карта, изображающая обстановку у шоссе Пальмира-Дейр-эз-Зор

Руководители «вилайета Хайр» не преминули воспользоваться заминкой в наступлении режима и незащищенностью основной артерии, по которой тот снабжал разблокированную группировку. Почти сразу после начала переброски резервов Дамаска в Хаму мобильные подразделения ИГ южнее шоссе были усилены дополнительными силами из Ирака и через несколько дней синхронно атаковали дорогу. В первые же часы т.н. «наступления имени шейха Абу Мохаммада аль-Аднани (в свое время официального спикера террористической группировки)» (о начале наступления через медиа-ресурсы группировки заявил лично живой и здоровый лидер ИГ аль-Багдади) были захвачены поселки: Кобаджиб, Эмна, Аш-Шола, то есть все опорники на шоссе. Это говорит о масштабах наступления и привлеченных ресурсах.

Поскольку ИГ не имело большого количества бронетехники и человеческого материала для характерных войскам режима «ломовых» действий, оно применило единственно адекватную ситуации тактику: на разных направлениях мобильные ограниченные контингенты, которые очень трудно выследить и уничтожить с воздуха и которые трудно настигнуть насыщенным бронетехникой танковым подразделениям, каким является «Четвертая дивизия», атаковали силы  режима с юга, сковали резервы и «пожарные группы» повсеместными нападениями и сразу же захватили  населенные пункты, которые обеспечивают контроль над этим шоссе. Штурм Аш-Шолы, видимо, был особенно неожиданным и удачным – в результате, помимо традиционно большого количества трофеев, ИГ удалось взять в плен двух бойцов российской ЧВК, известной как «группа Вагнера» (принимала активное участие в боевых действиях в Сирии и на востоке Украины) Романа Заболотнего и Григория Цурканова. Очевидно, связь между войсками режима в данном районе была нарушена, из-за чего через некоторое время в уже захваченную деревню въехали автомобили шейхов Шейтат – восточносирийского племени, оказывающего большую поддержку режиму в его действиях в регионе. Трое племенных лидеров были захвачены и убиты в отместку за измену Шейтат террористической группировке.

Трое шейхов Шейтат, захваченных и убитых в Аш-Шоле

Трое шейхов Шейтат, захваченных и убитых в Аш-Шоле

Вообще в первый день наступления оборона режима, судя по всему, подверглась полной дезорганизации и коллапсу, поскольку небольшим группам боевиков удалось на время с боем вступить даже в поселки Арак и Эс-Сухне, откуда месяц назад начиналась операция по деблокаде Дейр-эз-Зора. Подошедшие на близкое расстояние моторизованные роты джихадистов даже несколько раз обстреляли печально известную Пальмиру, которая уверенно контролируется режимом с марта 2017 года.  Атаки вблизи Пальмиры удалось отбить, но сам факт нанесения этих ударов означает, что «Исламское Государство» все еще имеет возможности, ресурсы, грамотных людей, чтобы спланировать и осуществить атаки на таком широком и глубоком фронте.

Наиболее беспрецедентной частью «наступления имени шейха аль-Аднани» стал захват христианского города Эль-Кариятейн. На момент захвата он находился в глубочайшем тылу правительственных сил, непосредственно близко к самому Дамаску. Сейчас даже нет четкого объяснения, каким образом город был захвачен. Он до сих пор контролируется боевиками, хотя его окрестности уже оцеплены и в ближайшие часы готовится его штурм. Существует две версии о том, как город попал в руки боевиков. Первая -  классическая версия использования спящих ячеек, когда законспирированные члены группировки ИГ, условно говоря, достали из подполов оружие, перебили силы безопасности и подняли черный флаг над городом. Однако данная версия представляется маловероятной, поскольку Эль-Кариятейн был христианским городом, и его жители вряд ли имеют причины активно сотрудничать с «Исламским Государством».

Существует также вторая версия. Согласно ей, жиденькие эскадроны сирийской полиции в городе перебили бывшие члены ИГ из Западного Каламуна, после своей капитуляции перемещенные на жительство в Эль-Кариятейн. В любом случае, момент для нападения выбран очень удачно – все армейские подразделения либо охраняют границы «большого Идлиба», либо угнаны на восток, на деблокаду Дейр-эз-Зора, такое удивительное «совпадение» восстания сторонников ИГ с наступлением на вышеупомянутое шоссе наводит на мысль о его неспонтанности.

Что можно сказать по имеющимся уже сейчас результатам «наступления шейха Абу аль-Аднани»? В первую очередь, достаточно само собой разумеющиеся вещи: сколь бы нам не демонстрировали фотографий и видеозаписей с уничтожением техники, военных объектов и боевиков группировки ИГ, какие бы обширные территории группировка ни оставляла, мы не можем пока говорить о полной или скорой победе над ней. Казалось бы, экстремисты потеряли львиную долю своего «государства» в Сирии и Ираке, почти все экономически выгодные районы, районы с большим населением, понесли очень значительные потери в танках и БМП, в опытной, хорошо экипированной живой силе. Считанные дни остается существовать их отрядам, запертым войсками режима в центре страны у города Акербат, неизбежно окончательное падение Эр-Ракки (вопрос тут, скорее, в проценте жертв и разрушений, а не генеральном исходе).

Но это также означает, что с каждым оставленным селением сопротивление ИГ будет расти, будут шириться и развиваться самые разные методы уничтожения противника вдобавок к тем, что уже используются, все больше будет усиливаться влияние «эффекта загнанной в угол крысы». (Отдельно заметим, что его развитию способствуют действительно проводящиеся репрессии и бессудные убийства и грабежи в освобожденных районах со стороны солдат режима. Вряд ли можно говорить таким образом об однозначной виновности одних и кристальной чистоте других – война диктует свои, никому не подвластные законы) Трагедия последних двух недель свидетельствует о том, что у группировки еще есть возможности для проведения массированных и, что особенно важно, абсолютно неожиданных и стремительных контратак сразу на десятках направлений.

Стоит учесть и общий психологический эффект, возникающий сейчас у стороннего наблюдателя: в настоящее время, когда все официальные и многие неофициальные СМИ, журналисты и исследователи день ото дня, как заклинание, твердят, что дни ИГ сочтены (в принципе, с этим не поспоришь), каждая, даже самая мизерная и незначительная победа экстремистов будет выглядеть внушительнее, каждый сожженный танк и сбитый вертолет, каждый убитый или плененный российский солдат будет еще больнее отзываться в сердцах и головах обывателей.

То есть вопрос скорее лежит в плоскости методов пропаганды: «А стоит ли раньше времени формировать у людей шапкозакидательские настроения сплошными победными реляциями?», «Не приносит ли это больше вреда, когда реципиенты официальных источников неожиданно наталкиваются на вполне будничные, нормальные для любой войны факты и сведения, которые им не посчитали нужным предоставлять?»

Мобильное подразделение ИГ готовится к бою

Мобильное подразделение ИГ готовится к бою

Что касается более конкретных выводов, то сейчас тыл правительственной группировки, деблокировавшей Дейр-эз-Зор и пытающейся наступать дальше, можно признать разгромленным. Даже если режиму удастся быстро восстановить контроль над трассой и вновь наладить снабжение своих сил, в руках ИГ все равно останутся огромные трофеи, в том числе тяжелая техника и противотанковое оружие; контроль над 120 километрами дороги придется закреплять созданием разветвленной сети блокпостов и «пожарных станций», на что уйдет не одна сотня пехотинцев и десятки танков и БМП. Сумев оценить опыт катастрофы прошедшей недели, Дамаск наверняка направит усилия спецслужб и какие-то армейские подразделения на «прореживание» тыла и перепроверку состояния дел далеко от линии фронта, что, естественно, еще больше замедлит темпы продвижения к нефтяным месторождениям на левом берегу Евфрата (если они не будут уже заняты курдскими боевиками).

Чисто теоретически, в случае продолжения успешных атак южнее и восточнее Дейр-эз-Зора, которые приведут к занятию каких-либо важных точек или уничтожению основных сил «вилайета Хайр», можно будет, наверное, в первый раз за всю историю конфликта сказать, что Дамаск сумел «пересидеть» и «переиграть» адептов халифата, а не просто проломить их оборону тоннами металла.

Так или иначе, «наступление шейха Аднани» уже чрезвычайно ясно продемонстрировало, что военная структура «халифата» жива и функционирует, что последняя битва с ней в Сирии и Ираке – битва за треугольник Байджи-Аль-Кайм-Маяддин точно не будет легкой и предсказуемой. Вне всяких сомнений, ее ход будет еще больше осложнен нарастающими противоречиями и взаимными проявлениями агрессии между силами режима и курдскими боевиками YPG. 

Опубликовано 12 октября 2017г.

Статьи по теме: