Лабиринт. Шаг 11. Кто для меня Бог?
Александр Бабицкий

Начало серии

Язык межчеловеческого общения является выражением внутреннего мира людей и отражением испытываемых ими внешних влияний. Русский язык, к нашему прискорбию, свидетельствует о распространённой утрате понимания значения и смысловых оттенков произносимых слов и выражений.

Понятие «религия» не является исключением: чаще всего в него вкладывают формальное обрядовое содержание, не утруждаясь даже намерением узнать, что оно означает, для чего нужно и как связано с конкретным человеком. Мы смотрим на умножающиеся по количеству и разнящиеся по фасадам храмы, не задумываясь, каким церковным праздникам они посвящены. Мы наблюдаем торжественные «мероприятия» с участием облачённых в пышные одеяния священнослужителей, не понимая и не желая понять, что происходит, зачем и для чего. Мы с энтузиазмом готовы зажигать и ставить свечи на подсвечники у всех икон, попавших в зону нашего осмотрения, понятия не имея, какие святые на них изображены.

Что можно противопоставить такому равнодушно-невежественному «пониманию» религии? Только одно – возвращение к началу, к исходному смыслу. Латинское слово «религия» дословно-условно означает «связь, соединение». Речь идёт об отношениях, связывающих человека с реальностью потусторонней. Но нет смысла лепетать об отношениях, если нет общения между как минимум двумя носителями сознания. Идея о существовании Бога – это не вершина религиозного мироощущения, а его основание, наряду с представлениями о жизни за порогом материальной смерти. Без присутствия Бога в мировоззрении религия для личности невозможна и немыслима.

В нашей речи слово «Бог» употребляется в качестве междометия. Неудивительно, что смысловое наполнение этого имени стёрлось вплоть до прорехи в полотне сознания, словно излишне старательно вычищенная ластиком карандашная надпись на бумаге. Но занимать голову мыслями о религии – занятие бесполезное и чреватое нервными расстройствами и психическими осложнениями – если не понимать, какого же Бога ставишь в центр картины мира. Кто Он, какими обладает свойствами, как связан с миром и с человеком, чего Сам хочет и чего от тебя требует? До тех пор, пока эти и подобные проблемы нами не поставлены и хоть с грехом на четверть не решены, всё без толку. Итак, вот вопрос – Кто для меня Бог?

Ответ первый: Бог – это Творец мироздания, чьи функции ограничены архитекторскими и строительными. Большинство из нас проживают в домах, не нами спроектированных и построенных – однако именно мы являемся их жильцами и владельцами. Когда-то архитектор составил проект нашего дома, учитывая имеющиеся строительные материалы, готовую или планируемую инфраструктуру, предполагаемое количество жильцов, функциональную нагрузку здания, его внешний вид и устойчивость к различным рискам. Затем в дело вступили строители, превратившие теоретический проект в материальный факт реальности, дом.

С момента введения дома в эксплуатацию архитектор и строитель более не имеют к нему живодышащего отношения. Да, это их творение, но теперь оно живёт самостоятельной жизнью, которой его наполняют другие люди, жильцы. Бог в отношении окружающей действительности и нас играет ту же роль устранившегося от участия в жизни творца. Греки как заядлые любители помудрствовать, нередко лукаво, оставили нам специальный термин для такого Бога – демиург, то есть мастер, создатель, творец.

Будучи Архитектором мира, Бог вынужден взять на себя и строительные заботы, больше было некому. Этим его роль и ограничена. Он есть автор творческой задумки мира, которую преобразил в подробнейший инженерно-технический план, далее Им успешно облачённый в материю. Он создал Вселенную как грандиозный механизм, оформил принципы, по которым мир должен и может существовать, запустил маятник жизни – и всё. Как архитектор, инженер и строитель Он исчерпал Свой смысл, потому и не принимает никакого участия в нашей жизни. Вариантов того, чем Он занялся и какова Его участь, может быть изощрённое множество, но это уже проблема не смысловая, а эстетическая. В главном же остатке: Бог есть демиург мира, не участвующий в его судьбе. Мы предоставлены самим себе и тем общим законам, что были заложены в суть мироздания при его творении.

Ответ второй: Бог – это безличный Абсолют, не имеющая индивидуальности холодная разумная сила, управляющая мирозданием посредством паутины закономерностей, охватывающих все уровни, от молекулярного до общекосмического. Может показаться, что это видение Бога мало чем отличается от данного первым варианта, Бога как демиурга. По внешнему восприятию – да, очень много общего и практически нет разницы. В действительности – общее есть, но различие принципиальное.

В обоих вариантах миром правит не столько Бог, сколько созданные Им (или только Им озвученные) законы мироздания. Складываясь в такую фигуру, эти религиозные умонастроения обнаруживают ближайшее родство с научным мировоззрением. Разница лишь в том, что всё потенциальное сверхъестественное находится вне поля зрения научного глаза. В остальном же мир мыслится одинаково: как чётко отлаженная система, имеющая неизменяемую внутреннюю логику, открывающуюся во внешних цепочках «причина – процесс – следствие». В научном варианте Бог в данной системе не предусмотрен; не отрицается категорически, но не участвует в решении уравнения. В религиозной трактовке Бог имеется, но в пассивной роли.

Восприятие Бога как безличного Абсолюта заключается в наделении Его полностью и без остатка объективным характером. Бог равен миру, потому что мир есть проекция божественного разума, к которому приложено божественное действие. Божественная воля проявила себя лишь однажды – в момент оформления законов мироздания. Невозможно дать исчерпывающий конкретный ответ, является ли Бог творцом мира, слишком уж здесь широк простор для спекуляций. Логика восприятия Бога, лишённого личной составляющей, подсказывает, что не Он первопричина бытия. Скорее всего, Бог – это универсальный ключевой элемент, всеобщий двигатель, который непредставляемым нами способом был порождён Вселенной для собственного оформления и дальнейшего развития.

Древнейшие пласты человеческого сознания обозначали этот не поддающийся осмыслению момент путём мифологического сюжета, в котором первый бог, инженер последующего мира, отец остальных богов, создатель жизни, появлялся из первостихии (Земля или Небо) или из предкосмического хаоса. Сегодня мы говорим иначе, наделяя Бога функциями высшего разума, всюду проникающей и всё связующей энергии, отказываясь ограничивать Его рамками индивидуальности и наряжать в маску личности. Весьма вероятно и очень похоже, что мы и наши цивилизационные предки подразумеваем одно и то же.

Ответ третий: Бог есть организующий всё вокруг порядок, без которого жизнь невозможна; Верховный Судья, что следит за соблюдением хрупкого вселенского баланса, осуждая и наказывая его нарушителей. Бог не может не являться судьёй, иначе смысл Его существования бесследно тает. Мироздание грандиозно, его невероятно трудно даже мыслью охватить вширь и добраться до его глубин. Независимо от нашей оценки познавательных возможностей науки, Вселенная обречена быть системой, движущейся из «нечто» в «нечто» через тонкий миг настоящего исключительно благодаря сохранению внутреннего равновесия.

Представим, какое множество факторов, известных и неведомых нам, способно это равновесие нарушить. Пусть не сами по себе, но объединив свою энергию в нарастающей цепной реакции. И, представив это, мы не имеем никакого иного логического вывода, кроме того, что Бог есть Верховный Судья. Он следит за тем, чтобы космический баланс сохранялся, и пресекает все серьёзные проявления дисгармонии, анархии, энтропии. Всего того, что в человеческом сознании оформилось в понятие «зло». Зло, кстати, понятие столь же эстетическое, сколь и нравственное – только там возможно разграничение добра и зла, где имеется опыт встречи с красотой и её нарушением.

Бог есть Хранитель порядка, без которого мир невозможен, красота немыслима, жизнь бессодержательна. Порядок – категория в первую меру юридическая, это свод установлений и ограничений, смиряющих хаос и направляющих его в более или менее спокойное русло. Справиться с такой задачей не под силу лишённым творческой воли «силам природы», «законам мироздания» и прочим механизмам бытия. Потому и необходим Бог. Если Бог не Судья, справедливый и беспристрастный, тогда Его и нет, тогда Он и ни к чему.

Ответ четвёртый: Бог – это невероятно могущественный кукловод, по сложно поддающимся человеческому пониманию мотивам устроивший вселенское театральное (а может, цирковое) представление, участниками-марионетками которого выплясываем все мы. Попытайтесь отыскать иное объяснение тому, что представляет собой наша жизнь. А жизнь – это череда временных отрезков, хоть разных по длительности, но пролетающих мимо одинаково скоротечно и незаметно, наполненных тщетными надеждами, несбывшимися планами, ложными мечтами, постоянными разочарованиями, болью и радостью в соотношении девяносто девять к одному.

Безостановочная череда осколков времени, проводимая нами в иллюзии, будто от наших решений и действий зависит наша судьба. От нас кое-что действительно зависит: выбор того или иного жизненного сценария, скорость его разворачивания, отдельные нюансы содержания. Но, в конечном итоге, потерпели ли мы больше видимых поражений или одержали больше видимых побед, каждый человек прибывает к мысли, что результат абсолютно иной, чем он сам рассчитывал, планировал, предполагал. Человек – не хозяин своей жизни, следовательно, он кукла-марионетка. У марионеток должен быть кукловод. Другого кукловода, кроме Бога, не может быть у столь противоречивых, талантливых и гордых существ как люди: никто иной, менее всесильный и всезнающий, с нами не совладает.

Такая идентификация Бога не вызывает в нас восторга и умиления: мало кому по вкусу, что им вертят, дёргая за ниточки и определяя его судьбу. Почему из знакомых нам типажей личности с Богом оказывается наиболее схожим цепко держащий всё в руках режиссёр, определяющий не только репертуар своей труппы, но и судьбы её участников? Именовать такой типаж Карабасом-Барабасом или фамилией кого-нибудь из великих постановщиков, будь то Чаплин, Тарковский, Феллини или Захаров, - дело вкусовых предпочтений и ветреного настроения. Суть вещей и характер наших взаимоотношения с высшей силой от этого не изменятся.

Ответ пятый: Бог – это наш Отец. Осознать и прочувствовать бесценность этого факта невозможно, не поняв, кто вообще такой отец. Пока не сверхъестественный, не небесный, вполне земной, из плоти и крови. Отец – это тот, кто дал тебе жизнь. Обычно чудо рождения новой жизни ставят в исключительную заслугу и похвалу матери, то ли забывая, то ли намеренно игнорируя простейшее обстоятельство, что без отца жизни быть не может.

Отец – это тот, кто согревал тебя своим теплом, борясь с холодом окружающего мира. Тепло отца особое, его ощущаешь не сразу и не кожей, как материнское, а лишь спустя годы, повзрослев, обычно уже сам став родителем. И приходит отцовское тепло сначала в ум, а уже оттуда спускается в сердце, наполняя его запоздалой благодарностью, замешанною напополам с раскаянием за свою прежнюю чёрствость. Тогда лишь понимаешь, что тепло отца – это его постоянная забота о тебе, о семье: отданные без остатка силы, рано поседевшая голова, подорванное здоровье. Некрикливая готовность к самопожертвованию, воплощающаяся не в одноразовом «геройстве», а в постоянном, без перерыва на сон и отдых, подвиге отцовства.

Отец – это тот, кто открывает тебе мир и вручает факел, с которым ты пойдёшь вперёд, освещая дорогу, обходя пропасти, отгоняя чудовищ и отыскивая те цветы добра, красоты и любви, без которых жизнь ничто и не для чего. Факел, не позволяющий мгле вокруг поглотить тебя, – это твой характер, посеянные и выросшие в тебе представления о том, что хорошо, что плохо, что можно, что нельзя, что прекрасно, что уродливо. Это твоё отношение к людям и к самому себе, внутренняя пирамида ценностей, от многих низших к единственной высшей. И тебя поджидает много горя, и сам причинишь его не меньше, если в своё время не получишь этот путеводный факел от отца.

Наши отцы – это те, кто ведёт жестокую войну своих жизней, чтобы добраться до скалистого уступа, на котором от запредельной нагрузки уже отказывают силы и мутнеет сознание. И там поставить нас на свои плечи, чтобы мы могли пойти дальше, выше. Таков настоящий отец.

Соединим это обогатившееся смыслом привычное слово с представлениями о Боге – и начнём осознавать истинное значение для человеческой истории того момента, когда людям была подарена молитва «Отче наш». Даже большинство христиан недооценивают это событие, обращая большее внимание на Нагорную проповедь как совершенно новые нравственные принципы. Нагорная проповедь бесценна и чудесна, но разве сияние её истин оправдывает нашу слепоту в отношении мгновения, когда Бог усыновил человечество и каждого человека?

Нет иного лекарства от всепроникающего страха вокруг и внутри нас, кроме вести, что Бог есть наш Отец. Чего нам бояться, если Всезнающий и Всемогущий Бог для нас, для меня не просто архитектор мироздания, не равнодушный судья, не скучающий кукловод и не разлитая по Вселенной бесчувственная разумная энергия, а Отец? Тот, Кто дал мне жизнь, Кто согревает меня теплом Своей заботы, Кто учит меня стать человеком и быть им – Кто любит меня. Если Бог меня любит, развейтесь все страхи…

Уж не знаю, поздравлять или соболезновать, мой товарищ по умственной одиссее, – но оценки ответов на встреченный вопрос, которую мы привыкли устраивать по итогам каждой главы и так определять, кто прекращает путь, а кто следует далее, больше не будет. Никто из добравшихся до этого вопроса не повернёт после него обратно и не останется на месте, все продолжат идти. Мы приблизились к цели пути, до конца остался единственный шаг. Но он настолько важен, что назвать его определяющим судьбу не будет ни нескромностью, ни преувеличением. Потому и делать его как приятно и радостно, так и трепетно, ведь он способен оценить нашу жизнь прежнюю и определить жизнь последующую. Порадуемся, потрепещем, запомним каждый из ответов, что дан на вопрос «Кто для меня Бог?», приложим к сердцу тот из них, что ему приятнее, – и вперёд…

Опубликовано 11 февраля 2019г.

Статьи по теме: