Такая неуверенная молодежь
Протоиерей Максим Первозванский

Беседовал Василий Пичугин

Мы уже говорили, что одной из особенностей тензорного мышления является матричное мышление, когда человек достаточно органично оперирует разными способами осмысления мира, которые никогда не пересекаются. Один из выводов, который у нас тогда появился, - что человек не чувствует этой разорванности картины, для него эта матрица очень органична. Мы рассказывали о человеке играющем, который так много игр проигрывает очень реально. Эти игры создают различные миры, которые существуют у него в этой матрице. А может, в реальности таких людей нет?

Действительно, возникает вопрос: неужели человек не понимает, что Ярослав Мудрый - реальный персонаж, а Гэндальф Серый - персонаж не реальный? Все-таки в нас зашито еще с того образования, которое давала эпоха модерна, четкое ощущение, что мир устроен как-то определенно. Даже если я о нем чего-то не знаю, то моя задача, как человека, который пытается улучшить свое образование, все больше и больше уточнять свои знания об этом определенным образом устроенном мире. Например, мы с вами не бывали в Австралии, но мы на сто процентов уверены, что она существует. А в том, что американцы были на Луне, мы уверены уже не на сто процентов.

Если в наше время школа была одним, если не единственным, источником образования, социализации и много чего другого, то сейчас у ребенка дошкольного возраста существует много других источников информации. Например, он включает на планшете YouTube, подписывается на канал какой-нибудь «Мисс Кити», где маленькая девочка что-нибудь рассказывает, и оттуда черпает основную для себя информацию.

В советское время система образования и система СМИ были жестко связаны друг с другом, создавали единую картину. Сейчас мы видим прямо противоположное. У нас есть скалярная картина, которую пытается дать школа, а параллельно существует громадное пространство, в котором варится огромное количество обрывков идей. В результате человек по поводу общепринятых идей (то, что он сам не видел, не щупал, не пережил или даже пережил, но не уверен) у него по поводу этих частей его опыта существуют какие-то допущения - «да, наверное, это так».

Если спросить, существует ли магия, колдовство, то девяносто процентов ответят «да». А если спросить, всегда ли это плохо, то оказывается, что люди, которые ходят в храм, в случае чего готовы идти к бабке, чтобы вернуть мужа. На уровне казалось бы четко выстроенного православного отношения к определенной теме, у них внутри могут быть совершенно разные личные предпочтения.

При этом, если его спросить, как он относится к магии, будет говорить, что отрицательно относится, и при этом сам не заметит, как спокойно зайдет к гадалке, чтобы решить ту или иную проблему.

То же самое касается такого греха как блуд или свободные сексуальные отношения. Молодые люди, которые знают седьмую заповедь и декларируют необходимость целомудрия, в реальной жизни позволяют себе всякие вольности. Вера в то, что ты говоришь, на подсознательном, не отрефлексированном даже уровне, может быть очень разной. Помните замечательный мультфильм у «Смешариков», где Бараш говорит: «Весь мир существует только в моей голове!»? Это прекрасная иллюстрация субъективного идеализма. А если спросить любого человека, который об этом не очень задумывался: а ты уверен, что все, что ты видишь, не просто плод твоего воображения? Например, ученый физик Стивен Хокинг заявил, что с его точки зрения мы все живем в матрице, созданной инопланетянами, реально мы не существуем.

Что говорить про ученого физика Хокинга, если громадное количество фильмов все время нам показывают, насколько условно наше восприятие этого мира. Например, «Начало» с Ди Каприо, «Ванильное небо» с Томом Крузом, и много других фильмов, где эта проблема все время возникает. Действительно, для современного человека, даже без пропаганды буддизма, утверждающего, что весь мир - иллюзия, большой вопрос, насколько реально то, что он делает.

В наше время вопрос веры в то, что человек допускает, но в чем может сомневаться, громаден. Того, в чем он уверен на сто процентов, не так уж много. Причем как в объективной картине мира, так и в субъективных отношениях с другими людьми, организациями и т.д.

Сейчас любят приводить примеры о том, как в России ослабла вера в начале 20 века. Что якобы, согласно опросам, 30 процентов не знали догмата о Пресвятой Троице и главным Богом называли Николая Чудотворца. А у нас сейчас прямо противоположная ситуация: количество людей, которые правильно назовут все догматы, выросло на порядок, а уровень их веры резко уменьшился. Мы понимаем, что человек того времени, если уж знал этот догмат, то старался вести себя соответствующим образом. А сейчас человек знает очень много, и даже утверждает, что это его вера, а на самом деле это условно. В какой-то ситуации он будет ей следовать, а в какой-то не будет.

Достаточно прийти в храм, где совершается Таинство Крещения, и посмотреть, как люди дают крещальный обет. Когда их просят отречься от сатаны и плюнуть трижды, вся степень условности того, как они это делают, написана у них на лице. Поэтому мне кажется, что это тензорное матричное сознание современного человека - это некая данность, с которой мы до конца даже не понимаем, как иметь дело. Потому что это не просто мозаичная картина мира. На мой взгляд, это устроение сознания как такового, и что с этим делать - большой вопрос.

Начало цикла бесед здесь

Опубликовано 24 октября 2017г.

Статьи по теме: